Тем временем за рощей начинает нарастать гул. Это идут Демоны. Настя уже успела передать мне мысле-сигнал: редкая большая орда приближается к Демонской Стене.

Я тут же отправляю сообщение по ментальному каналу:

— Лакомка, как там у тебя? Нужна помощь?

— Я сама, мелиндо. Спасибо за энергию, любимый. Сейчас я её добью, рррр!

И действительно Лакомка в облике ирабиса бросается на Габриэллу с бешеной мощью. Тигриные когти рвут крылья. Белое и золотое сплетаются в вихре. Золотые перья летят во все стороны, а сама Габриэлла, выкрикнув пронзительно, падает на спину, сбитая с ног.

Я доверяю жене разобраться, а у меня осталось одно быстрое дело.

Мы с Архилом снова сходимся. Сталь встречает сталь с резким звоном. Я успеваю еще одаривать и пси-клинками. Ошпаренный псионикой, Архил кричит, снова потеряв свой огненный доспех:

— Филинов! Верни Изумрудный меч!

— Да забирай, а то задолбал! — устало бросаю я и вонзаю зелёный клинок ему прямо в печень. Резкий удар отдается в запястье.

Архил тяжело оседает на колени, его руки тянутся ко мне, хватают за ноги.

— Ещё дать меч? — участливо спрашиваю.

— Аррррр….

— Да на, на здоровье, — втыкаю клинок выше в корпус, и он падает навзничь, хрипя.

Он корчится и, стиснув зубы, выдавливает:

— Чёртов Филинов… Неужели я умру от рук бескрылого…

Я хмыкаю:

— Не умрёшь. Даже не надейся. Твой Дом заплатит за тебя огромный выкуп. Старинные артефакты, золото, фамильные доспехи…. А потом тебя заберёт твой более разумный брат. Эрос будет в восторге, когда твой косяк обойдется ему столь дорого.

— Лучше убей меня, — вздрогнул, Архил осознав как сильно подставил свой Дом.

— И лишится выкупа? Неа, — усмехаюсь. — Ты ведь опять полез без его приказа. Представляю, что брат с тобой сделает, когда узнает, сколько родовых сокровищ ты угробил за один вечер.

Поднимаю зеленый клинок. Архил жмурится, но я просто с силой пинаю его под рёбра. Он отлетает, валится на бок, уже без сознания. Даже внушения не потребовалось.

Так, а что со второй?

Растрепанная Габриэлла лежит с разорванными крыльями. Других повреждений на Лунокрылой вроде бы нет. Лакомка стоит над леди, лапа с выпущенными когтями замерла у самого горла. Альва ждет моего приказа.

Я не обращая внимания подбираю с земли ножны от зеленого меча и обвязываюсь ими. Хороший резак, да еще с магией. Демон Лесник сказал, что таких всего двенадцать. И все они обладают разными стихиями, похоже. А телепатия есть? Ммм, хочу!

Заметив меня, Габриэлла дёргается на месте, еле-еле говорит:

— Король Данила, спасите….

Я удивленно оборачиваюсь на крылатую блондинку:

— О, леди! Здравствуйте. Вы что-то сказали?

— Я узнала, что Архил полетел к вам и помчалась на выручку, — стараясь не касаться глоткой подставленных когтей Лакомки, скороговоркой произносит Габриэлла. — Вы нужны мне на дуэли с моим братом! Я хотела помочь!

— Потому ты напала на мою жену, леди? — отряхнув клинок от крови, убираю его в ножны. — Чтобы помочь?

Огромные глаза леди наполняются страхом.

— Нет… я…

— Нападение на мой род — это нападение на меня, леди, — разжевываю очевидные вещи. — Ну, что ж теперь вы моя пленница. Пока не знаю, что с вами сделаю: верну лорду Димирелю за выкуп или отдам своей жене, — киваю на рыкнувшую Лакомку. — Но лучше вам быть послушной.

— Я буду…

— Тихо, — я оборачиваюсь на опушку поляны. Около десятка Демонов топают в нашу сторону и не нужно быть телепатом, чтобы услышать ругань и топот. — Лакомка, посидите в тишине.

— Хорошо, мелиндо, — покладисто кивает жена, опустив лапу прямо на пухлые губы Габриэллы. Стоит леди-херувим раскрыть рот, и альва выпусти тигриные когти.

Я снова обнажаю зеленый меч и взмахом клинка создаю плотные заросли, которые закрывают Лакомку и Габриэллу.

Как и вся органика в прорыве, кусты обрастают пастями и глазами.

— Не двигайтесь, — приказываю.

И заросли послушно замирают. Вообще можно было обойтись и легионером-друидом, тот же эффект бы был, но меч прикольный, хочется его поюзать, ну а потом наверно отдам Лакомке. Она друид, ей он больше подходит.

Я обрастаю демонскими копытами, когтями и рогами, когда из рощи вылезают Демоны. Передний — особенно крупный. Морда вся в бронзовой чешуе, клыки, как у бульдозера. Он хрипло рычит, поворачивая башку в мою сторону:

— Эй, ты! Нам нужен Филинов!

— Этот что ли? — я киваю на вырубленного Архила.

— Может, и этот…. — Бронзовый чешет когтями лоб. — А он не херувим? Вроде крыльев нет…. — он обходит вкруг Красноперого. Тот валяется на спине, и покоцанное единственное крыло как раз оказалось подмято под телом. так что не торчит. — Нам сказали, что Филинов бескрылый.