Хихикнув, невинно взмахнула ресничками:

— Люблю... Как друга.

В голубых глазах промелькнули бесенята, и Кайл тоже поднялся с кровати.

— Неужели? — он мягко шагнул ко мне.

— Д-да... — игривое настроение мигом улетучилось, а я опасливо попятилась.

— Уверена?

— Ну-у... как брата, — пробормотала уперто. Парень покачал головой и наклонился так, что его лицо оказалось на уровне моего:

— А мне вот кажется, что кто-то сейчас нагло юлит.

— Н-ничего подобного! Да ты мне как соратник! Как правая рука! Как палочка-выручалочка! Как.

А в следующее мгновенье все пошло не по плану.

Голубые глаза вдруг потемнели.

Голова закружилась, когда на талию скользнула мужская ладонь.

Судорожный выдох парня.

Несколько оглушающих ударов сердца.

Едва ощутимое, практически целомудренное прикосновение к губам и…

Кусь.

Я пискнула, резко распахнула глаза и дотронулась до нижней губы. Он правда это сделал? Только что… меня… укусил!! Вместо того, чтобы поцеловать!

Ой... В панике поняла, что произнесла последнюю фразу вслух.

— Врушка, — улыбнулся Кайл. — А говорила, что не любишь.

Черт! Черт, черт, черт!!

— Я... э-э-э...

— Знаешь, Ника, — вздохнул брюнет, не обращая внимания на мой жалкий лепет. — Ты поистине удивительная девушка. Ни один поцелуй с тобой не был полностью настоящим. Что во дворце по принуждению короля, что в библиотеке под действием привязки. Надо это срочно исправлять.

Минуточку.

— Так и знала, что тем библиотечным монстром был ты! — воскликнула торжествующе. — А я ведь до последнего сомневалась! Думала.

Договорить мне не дали. И на этот раз, отнюдь не укусом.

Где-то за спиной возмущенно рычал Лео, свистел Трэвильд, и умиленно хихикали подруги, но нам с Кайлом было все равно. Мы наслаждались своим первым настоящим поцелуем.

— Ника... Ники... Николетта! — Артефакт связи никак не хотел успокаиваться. — Сестренка, хватит спать, ответь уже!

Вздохнув, я высунула руку из-под одеяла и коснулась небольшой посеребренной пластиночки, которая лежала на краю тумбы. Вещица засветилась, замерцала всеми цветами радуги, и из воздуха соткалась фигура мужчины. Позади нее можно было разглядеть иллюзорные очертания тронного зала. За такую реалистичность усовершенствованные артефакты связи пользовались особой популярностью. А еще за удобство, практичность, и цену, которую Лео не стал заламывать. И это я не говорю о гибкой системе скидок. Словом, в первый же день продаж изобретение Леоттина разошлось среди местных как горячие пирожки.

Иллюзия наклонилась над кроватью и вкрадчиво поинтересовалась:

— Спишь?

— Гм-м…

— Значит спишь, — расплылся в широкой улыбке Лео. — А зря! Ни за что не угадаешь, что эти сорванцы опять натворили.

Я приоткрыла второй глаз и окинула… м-м-м… теперь уже не совсем блондина внимательным взглядом.

— Сменили тебе имидж?

— И не только мне. — Король Междумирья весело тряхнул розовой шевелюрой.

— А я говорила, дарить Виолетте эльфийскую краску — плохая идея, — хмыкнула многозначительно. И ведь это только третий день пребывания моей дрожащей дочурки в летнем дворце. Боюсь представить, что будет, когда они с Элиотом возьмутся за дело всерьез.

— Перестань, — отмахнулся король. Несмотря на несколько лет мудрого правления, мой бывший сосед как-то умудрился сохранить потрясающую непосредственность.

— Что еще может случиться? Тем более, она и Элиот всегда вместе.

Утешил, называется...

То, что сын Леоттина и Вилка спелись с первых минут знакомства, стало понятно сразу. Пацан ни на миг не хотел отлучаться от колыбели малышки, а сама Виолетта постоянно просилась к нему на ручки и плакала, когда мальчика забирали.

— Да и бабушка с дедушкой приехали. А ты знаешь, у них не забалуешь.

— Лорд и Леди Лафонтейн вернулись? Когда? Почему мне не сказал? — Я заметно оживилась и даже вылезла из-под одеяла. Благо, хоть в майке была.

— Ну во-первых, они только сегодня из мира орков прибыли. А во-вторых, не лорд и леди, а мама с папой, — в тысячный раз поправил меня Лео. На мой фривольный вид братец даже внимания не обратил.

— Да знаю я. Просто никак не привыкну.

— За тридцать четыре года?

Глядя на насмешливо изогнутую бровь мужчины, не выдержала и по-детски показала ему язык.

Это произошло много лет назад. Мы с тогда еще напарником отправились на поиски моей родни. Не скажу, что расследование было сложным, но долгим и изнуряющим. А по итогу ни-че-го. Родителей у папы не оказалось — те погибли, когда ему исполнилось семнадцать, всю свою юность Артэл провел сначала в Академии, а потом на службе у короны. Про наследство и говорить нечего — после побега папы, король, правивший еще до лорда Лафонтейн, раздал его имущество приближенным. Так что все мои планы и надежды на любящую семью накрылись медным тазом.