Что делать? Мне совершенно нечего надеть… Стою перед шкафом, раздвигая и сдвигая плечики. Часть вещей бесформенной кучей лежит на кровати. Это же Дровосек, глупая… Ему точно все равно, главное, чтобы лифчика под кофтой не было. Но здесь его ждет сюрприз. Тонкое боди цвета фуксии в виде водолазки не понятно для чего купленное мной и не надетое ни разу, уже обтягивает меня как вторая кожа. Под ним есть белье. Более закрытой одежды в моем гардеробе найти невозможно. С низом еще сложнее. Джинсы, сразу нет. Ноги моя особая гордость, прятать их нет никакого желания. Поэтому тонкие колготки в мелкий горошек и короткая юбка-шорты, найденная мной в завалах одежды, отлично вписываются в мой образ. Плету романтичную французскую косу, вместо привычного хвоста, вытягивая несколько прядей спереди. Подкрашиваю губы блеском, внимательно рассматривая стрелки нарисованные ранним утром. Улыбаюсь сама себе, параллельно принимая вызов с трезвонящего телефона:

— Да!

— Ты готова?

— Нет, еще минут двадцать, — зачем-то вру я. Пробегаюсь глазами по сумкам и отключаюсь.

Выхватываю первую, более-менее подходящую и перекладываю в нее содержимое той, с которой я утром ездила на работу. Туфли, куртка. Плюхаюсь задницей на пуф, стараясь усмирить бешенный стук сердца. Посчитать до тысячи? Прикладываю ладони к почему-то горящим щекам. Резко подскакиваю, снова прилипнув к зеркалу. Расплетаю волосы, решаю переплести их по новой. Коса не выходит. Нервничаю, методично разделяя пряди тонкой расчёской. Вот зачем я это сделала? В голове тикает таймер. Ничего, пусть подождет. Убеждаю себя, в третий раз захватывая пряди на макушке. Ничего не выходит… И так красиво. Расчесываю волосы откидывая их за плечи. Еще раз брызгаюсь духами, поправляю блеск на губах и выбегаю за дверь.

Довольный как котяра, Дровосек стоит опираясь на капот своей машины. Улыбается лучезарной улыбкой, окинув взглядом меня с ног до головы, изображает фейспалм. Теряюсь на секунду. Это еще что такое? Я столько времени убила на сборы. А он…

— Алика, ну я же просил! — смеется он. Открывая мне дверь. — Аааа, нет… Прости. Все норм, — произносит он, вероятно оценив мой вид сзади.

Недовольно сажусь на сидение. Он обходит машину присаживается за руль. Тянется рукой назад. Протягивает мне небольшой букетик нежно-розовых кустовых роз. Сердце подскакивает к горлу от восторга. Они очень! Очень красивые!

— Спасибо, — стараюсь изобразить максимально равнодушное лицо.

— Тебе не нравится? — улыбается он.

— Да, нет… все норм. Просто я не люблю розы, — произношу капризно вздохнув, прижимая букет к груди крепче.

— Вообще не любишь?

— Терпеть не могу.

— Буду знать.

— Имей это пожалуйста в виду.

Кирилл тянется к моим губам сминая между нами слои матовой упаковочной бумаги и нежные бутоны. Вяло отвечаю на его поцелуй. Все еще борясь с обидой. Кирилл смеется мне в губы, шепчет:

— Прости… ты очень красивая. И совершенно не важно, во что ты одета.

Да, он издевается! Не важно ему! Мне важно! А еще важно видеть восторг в его глазах, а не снисходительную усмешку.

— Буду знать, — произношу прочистив горло.

— Имей это пожалуйста в виду, — целует меня снова, зарываясь пальцами в мои распущенные волосы.

— Нет! Нет! Кирилл, нет! — я ни за что туда не полезу. Крепко врастаю шпильками в тротуарную плитку, царапаясь отдираю его ладонь от моей руки. — Ты не нормальный! Я ни за что, туда не поднимусь!

— Тебе понравится! — продолжает повторять он, упорно волоча меня к парашютной вышке.

— Я согласна на колесо обозрения! И вату можешь мне купить. Клянусь, я ее съем! — проклинаю себя за то, что отказалась от сахарной ваты, в очередной раз объявив ему, что я не ем сахар и слежу за фигурой.

Дровосек меня не слышит, отрывая от земли тащит меня, не переставая смеяться и звать меня трусихой.

— Я в туалет хочу, — выдаю я, когда до жуткой башни остается не больше десяти метров.

— Правда хочешь?

— Ты издеваешься?

— Нет, просто если ты собираешься так отсрочить прыжок, то у тебя ничего не выйдет, — крепко держит меня за руку. — Не бойся, это не парашют. Мы не полетим до земли.

— Я буду кричать!

— Обязательно будешь! Тебе понравится, я тебя уверяю, — делает ещё несколько шагов. Семеню следом за ним. — Мы же вместе прыгнем. Я делал это не меньше сотни раз.

— С кем?

Дровосек не понимающе моргает.

— С кем ты прыгал?

— Аааа… Один. У меня друг тут работает. Сегодня его смена.

— Точно один?

— Разве можно ревновать к прошлому? — смеется.

— Я не ревную, просто пытаюсь оттянуть время.

— Я так и понял, — его шаги ускоряются. Хныча плетусь следом за ним.

— Как это будет? Кирилл, я жить хочу. Ну пожалуйста, — пытаюсь выдавить слезу, но ничего не выходит мы уже поднимаемся на первый пролет.

— Первый уровень всего двадцать пять метров. Второй раз можно будет попробовать пятьдесят.

Одинокая слеза все же скатывается по щеке.

— Я уверена, что мне не понравится.