– Бери деньги, поехали!

– Куда?

– Машину тебе покупать.

– Гонишь, что ли!?
– даже не пытаюсь сдержать усмешки.

– Я жду тебя в машине!

– У меня на карте, - не двигаюсь с места.

– Значит нужно снять!

– Харе прикалываться! Мне велосипед не нужен!

– Шевелись давай! Или поднимаешь свою задницу и едешь со мной! Или выметайся отсюда. Мне по хер где ты будешь жить.

***

Дядька Венька улыбаясь своей металлической улыбкой с хитрыми глазами отпирает здоровенный амбарный замок на заржавевшем гараже.

– Егор Саныч! Вы не пожалеете. Не машина, а лялечка. Всего два хозяина! До меня дедок ею владел четырнадцать лет и я, - задумывается на несколько секунд, - считай двенадцать. Нет! Тринадцать лет!

У меня прихватывает сердце и потеют ладони. Взглядом пытаюсь показать сторожу, что не готов к такой покупке, отрицательно качаю головой. Он лишь довольно улыбается и распахивает ворота. Если бы Егор не придержал меня за шиворот, я бы, наверное, потерял сознание. Темно вишневая семерка под равномерным слоем пыли стоит в забитом до отвала всяким хламом, гараже.

– Что с ним?
– кивает на меня дядька Венька обращаясь к Егору.

– Это любовь с первого взгляда. Мы ее берем!
– голос Егора эхом раздается в моей голове.

– Она хотя бы заводится?
– блею я себе под нос.
– Капец, ну и цвет…

– Что такое, Тимур!
– заглядывает мне в глаза этот придурок.
– Можем посмотреть еще копейку в соседнем поселке. Она кремового цвета, правда сквозь ее гнилые двери может кошка пробежать, но она на двадцать тысяч дешевле.

Дядька Венька сосредоточенно на нас смотрит, переводя взгляд с моего лица на лицо Егора, спрашивает:

– Завести?

– Заводи!
– дает ему отмашку Егор.

– Только смотрите… стояла долго. Я на ней считай полгода не выезжал никуда. Как ослеп на один глаз, так больше за руль и не садился. Может придется толкнуть.

Но семерка заводится с первого раза. Только дергается, как в припадке, пока выкатывается из захламлённого гаража. По мере того, как она выезжает на улицу, позади нее начинает сыпаться всякий хлам. Какие-то коробки, лыжи, торшер, пенопластовые вкладыши, оставшиеся от упаковки бытовой техники, рваные кроссовки, удочки, тазы и горы пластиковых баклажек, равномерно застилают пространство, некогда отведенное этой «лялечке».

– Как часы! Четко работает, - комментирует звук двигателя Егор и поджав губы удовлетворённо кивает головой.

Ну ты и урод…

– Она дергается!!
– каким-то чужим голосом произношу я.
– Это по-твоему как часы?

– Соринка в карбюратор, наверное, попала. Жиклеры продуете и все будет тип-топ, - говорит довольный мужик оборачиваясь назад.
– Один момент!
– возвращается в гараж и ныряет в свои завалы. Через несколько минут волоком вытаскивает старый брезентовый рюкзак.
– Я вам в подарок, запчасти отдам, - демонстрирует связку резинок.
– Вот прокладки, там внизу должны быть еще и паранитовые, у меня все ремкомплекты есть рыться не буду, жиклеры кстати новые, сайлентблоки, тормозные колодки - продолжает копаться в рюкзаке.
– И самое главное, - вытаскивает из него какую-то рыжую потрёпанную книгу и вручает ее мне.
– Инструкция по эксплуатации, - произносит подытожив весь этот бедлам.
– Тим Саныч, ты присядь. Салон посмотри. Отличная машина, я на ней раз в неделю жену на электричку вывозил и все. Ездила только по месту. У нее и пробег за двадцать семь лет, просто смех. Считай, что новая!

– Посмотри, посмотри, - толкает меня в спину Егор.

Я бы уже взбрыкнул, но он сказал, что выставит меня из дома. А у меня квартиранты, семья с маленьким ребенком, их быстро освободить квартиру не попросишь. Да и договор у нас…

Заглядываю в машину. Нет у меня нормальных слов, чтобы описать все свои эмоции по этому поводу. Это лютый пи…ц.! Она даже не затонирована.

– А номер посмотри какой!
– толкает меня Егор.
– Отличный номер. Днем с огнем такой не сыщешь.

– Что отличного в цифрах четыреста тридцать девять?

– Ты не на цифры смотри, а на буквы, дубина.

Закатываю глаза, а этот дебил сияет во все тридцать два.

– Ну хорошо, что не СРУ… - бормочу я, заглядывая в багажник, в котором валяется лысая как башка дядьки Веньки запаска.

– Не ссы, Тимурка! Разберешься! Жиклеры продуешь и в добрый путь. Сам же говоришь, что девушки у тебя непривередливые. А это бессмертная классика, - толкает ногой колесо.

– Еще варианты есть?
– смотрю на него с надеждой.

– Гнилая копейка или сам ищи, но тогда, собирай вещи и дерись с Михалычем за место в подсобке. Боюсь, что он тебе его не уступит.

– А в кабинет твой можно?
– прикидываю, что в комплексе есть все необходимое для жизни. В раздевалках есть душевые. Даже буфет есть, но это не проблема, еду всегда можно заказать. Правда с Улькиной стряпней она конечно не сравнится.

– Не, не, не! Ты же и туда девок таскать начнешь. Нет!
– произносит категорично.

– У вас наличные или переводом оплатите?
– встревает в наш разговор сторож.

– У него наличные, - отвечает ему Егор и вытаскивает из папки бланк договора купли продажи.