— О! Наоборот, я нахожу это пикантным!

— Было бы еще пикантней, если бы вы оказались геем! Так вот, предположим, я согласилась. Какие вы можете дать гарантии в отношений моей матери и сестры?

— Насколько я понимаю, речь идет о вашей мачехе и о вашей сводной сестре?

Аида снова удивилась его осведомленности.

— Степень родства для меня не имеет значения. Я делю всех людей на чужих и близких. Если мать и сестра окажутся в заложниках у Борзого, я не смогу принять вашего предложения.

— Понимаю. — Гедеминас задумался. С минуту он сидел, понурив голову, а потом произнес: — С такой привязанностью к родственникам вам будет трудно…

— …быть вашей женой? — добавила она.

— Вы не так меня поняли. И вообще, мы теряем время. Борзой на этот раз побрезговал гостеприимством Нечаева и остановился в «Прибалтийской». Поэтому все вопросы будем решать на месте, согласны?

В гостиничном номере литовца можно было устраивать танцы.

— А почему нет? — сказал он по-русски. — Объявим помолвку…

— … и пригласим шестерок! — ухмыльнулась невеста.

— Пригласим Борзого.

Гедеминас развалился в кресле и поставил себе на колени телефонный аппарат. Она воспользовалась этим, чтобы заглянуть в свою сумочку.

— Олег? Добрый вечер! Она — у меня. Приходи. Но без всяких-разных штучек. — Гедеминас пользовался небольшим количеством русских слов и поэтому всегда был виртуозно лаконичен.

— Его зовут Олегом? — удивилась Аида, когда он положил трубку.

— Да, у нас у обоих княжеские имена.

— У Нечаева — тоже. Так что особенно не задавайтесь.

— Может, перейдем на «ты», — предложил он, — а то Борзой не поверит, что мы жених и невеста.

— Разумно, — согласилась девушка. — Ты бы заказал чего-нибудь выпить. Помолвка все-таки.

— Правильно! Как я не додумался сам? Шампанского?

— Красного вина и обязательно сухого. Лучше французского. Итальянское тоже сойдет. И пусть не вздумают покупать дешевку, которую французы пьют вместо воды! Инга не каждый день выходит замуж!

— Представляю, что ждет меня впереди! — рассмеялся жених.

— Да, милый мой, сумел заарканить — сумей раскошелиться!

Не вставая с кресла, он сделал по телефону заказ, блеснув перед ней знанием французских вин и жениховской щедростью.

Борзой явился с мефистофельской ухмылкой на устах.

— А вот и наша красавица! Сейчас устроим торг, лапушка, а потом нехорошие дяди…

— Торг не уместен, Олег, — с ходу заявил Гедеминас. — Завтра Инга станет моей женой. Не могу же я тебе продать собственную невесту. Я пригласил тебя для того, чтобы ты поздравил нас и выпил с нами, и еще, чтобы обсудить наши дела. Тебе достанется неплохой куш. Я умею платить за хорошую дружбу. И чтобы ты не имел никаких претензий к Инге. Она завтра — жена мне, и покончим с этим!

— Неожиданный поворот! — с неудовольствием отметил Борзой и даже присвистнул.

Аида все это время сидела на краешке кресла, выпрямив спину, как при приеме в балетную студию, и хранила молчание. Товар не должен вмешиваться в разговоры торговцев.

— Она же обведет тебя вокруг пальца! Вот увидишь! — зарычал от бессилия Борзой. — Уже был один претендент на ее руку и сердце. Сдох накануне свадьбы! Что она с ним сделала до сих пор никто понять не может! Гедеминас, не валяй дурака! Это ведьма, а не женщина! И место ей не в твоем литовском замке, а возле параши! — Он так усердствовал, что уродливый шрам на его шее вздулся и побагровел.

— Я мечтал о такой ведьмочке! — со смехом отвечал литовец. — Я и сам ведьмак, может быть! Не трать напрасно нервы, Олег. А лучше сядь и послушай, что скажу тебе. Я — не жадный. А когда дело касается такой девушки, тогда совсем не жадный! Я отдам тебе часть Донатаса, которой он владел в Екатеринбурге. Все это сделала Инга, работая на него. И все это теперь будет твое. Вы с ней квиты.

— Хорошенькое дельце! — упрямился Борзой. — Это называется квиты? А сколько она наших людей загубила? У тебя пальцев не хватит загибать! Да меня братва на смех поднимет, если башку ей не сверну!

— Это все эмоции, Олег! Только твои эмоции! Выслушай меня до конца. Я давно слежу за Ингой. Я знал о ней, когда она еще жила у вас, в Екатеринбурге. То что она сделала для Дона, равносильно чуду. В «Амбассадоре» ты сам видел ее в деле. Где тогда были твои парни? Сидели в задницах? Эта девушка может многое, если не все. Вот что я придумал. После того как мы распишемся, она поселится в Москве. Фамилию она не поменяет (следи за моей мыслью!), а фамилия у нее исконно русская. И никто, ни одна скотина, не будет знать, кто ее муж. Она займется политикой. Я буду ее финансировать…