— В церквушку! — кричит Никодим.

Мы несёмся к месту службы отче Игнатия, но и там никого нет.

Во всём Вещем ни одного человека.

В недоумении мы продолжаем ходить взад-вперёд, не понимая, что происходит. Вокруг нет ни следов сражения, ни сожжённых домов, как если бы сюда добралась армия безумца. Такое чувство, будто жители взяли и ушли…

— Бессмыслица какая-то, — говорю.

— Может, наши в Каролине? — спрашивает Никодим? — Спрятались там от князя…

— Не, бред какой-то. Каролина — маленькая деревня, она никогда бы не вместила всех наших жителей. Да и глупость прятаться от безумца в соседней деревне.

— Простите, — вмешивается Веда. — Кажется, я знаю, где все жители села.

Мы с Никодимом смотрим на девушку-духа, что висит в воздухе с тревожным видом.

— И где?

— Там.

Веда указывает в сторону, где ничего нет. Одни лишь поля, леса и ничего более.

— Где это — там?

— В той стороне. Просто поверьте мне.

Я смотрю девушке в глаза. У неё на лице мольба, просьба поверить и не задавать вопросов. Так и быть: она была верным другом всё недолгое время нашего знакомства, так что нет никаких причин ей не верить. Даже наоборот. Думаю, на неё можно положиться.

Пожав плечами, я снова приближаюсь к Вихробою.

— Последняя просьба, дружище. Отнеси нас, пожалуйста, куда скажет Веда.

Вихробой склоняет голову в знак согласия. Он понимает всё, что мы ему говорим. Поистине умнейшее создание.

Скакун взлетает в небо и несёт нас на север, но не успеваем мы преодолеть и небольшого холмистого участка сразу за нашими полями, как вдали вырисовывается что-то невообразимое: странное, высокое сооружение, тянущееся от земли до туч и скрывающееся в вышине. Мы заметили бы его раньше, не будь вокруг такой пасмурной погоды и дождя, поливающего половину земли вокруг.

— Это… — шепчет Никодим в благоговейном трепете. — Это Стародум?

— Так и есть, — отвечает Веда. — Он поднялся из земли.

У нас в селе давно ходила легенда, что крепость старого удельного князя ушла под землю во время сражения с армией безумца, и что однажды она поднимется на поверхность, но никто из молодого поколения в такое не верил. Это уж слишком походило на байку наших родителей. Старики вечно любят всё сочинять и приукрашивать.

Я много раз бывал на этом месте и видел лишь голую землю. Ни следа крепости, а теперь…

Величественное, исполинское строение, от которого дух захватывает.

Никто не говорил, что Стародум был таким большим. Его описывали как маленькую крепость, вдвое меньше Ярого острога, с более тонкими стенами, с меньшим количеством внутренних сооружений.

Сейчас же перед нами возвышается строение полностью из камня. Основание замка шириной с сучий Новгород, тянется вверх, выше облаков. Вокруг него множество строений поменьше, а ещё дальше — неровный круг крепостных стен. То есть осаждающим не только нужно пробраться за стены, но ещё и сам замок атаковать, что выглядит той ещё задачей. Две линии обороны.

Жду не дождусь, когда настанет ясная погода, чтобы увидеть это великолепие во всей красе.

— Э… — тянет Никодим, вглядываясь на внутреннюю территорию крепости. — Это люди безумца?

— Похоже, на то, — говорю. — Если только глаза не подводят нас обоих.

Оказалось, что все врата крепости открыты, а внутри ходят черномасочные уроды и регулярные воины со всей Новгородской земли. Тысяч пять человек из армии безумца. Все жители Вещего сидят на земле, окружённые вооружённой охраной со всех сторон как пленники. Кажется, мы всё-таки опоздали.

Более того, сам безумец тоже здесь!

С высоты, на которой мы летим, виден его сутулый силуэт, двигающийся возле входа в замок. Похоже, у него тоже есть волшебный способ перемещения, из-за которого он прибыл в Стародум одновременно с нами.

— Приземлись, пожалуйста, — начинаю я, но договорить не успеваю.

Что-то очень тяжёлое бьёт по нам, и Вихробой, сделав дугу над землёй, исчезает как дым. Мы с Никодимом и Светозарой, балансирующей на грани смерти, падаем на одну из открытых площадок замка.

Кажется, у нас назревает последнее столкновение с безумцем.

Атакующие нашли чёрный ход, поэтому вслед за ними отправили погоню.

Воевода бежал как мог, но раны давали о себе знать.

Из нас троих только Светозара была без сознания, поэтому она приземлилась хуже всех.

Я отбил колени и локти, Никодим повредил лодыжку, а девушка ударилась головой: свежее пятно крови набухает у неё в волосах. Как будто мало ей было и без этого.