— Что это было? — спрашивает Никодим, прижимая руку к свежей ране на голове Светозары.

— Княжеский защитник, — говорю. — Я видел, как он поднимает руку в нашу сторону, но думал, что он просто указывает. А оказалось, что это сила такая. Меня будто гигантским молотом сшибло — до сих пор в голове звенит.

— Что будем делать? Спрячемся в этой… цитадели?

— Нельзя прятаться — нам нужно найти Федота, чтобы вылечить Светозару.

— Но если мы спустимся вниз к остальным пленникам, безумец нам сразу же головы снимет.

Случайно или нет, но Вихробой исчез ровно в том месте, чтобы мы упали не на землю, где сейчас сидят жители Вещего, а на широкий балкон замка. Только это позволило нам остаться в живых, не быть растерзанными сразу же после приземления.

Отсюда Стародум выглядит ещё больше.

Огроменный, крепкий. Мы сейчас в относительной безопасности, но это ненадолго.

Стоит нам подойти к ограждению балкона, как несколько стрел врезаются в каменные перила и стену замка. Сейчас вся армия князя стоит внизу, задрав головы. Лучники целятся в нас, кто-то уже бежит к замку, чтобы подняться сюда.

А чуть в стороне жители Вещего: испуганные, жмущиеся друг к другу.

Даже не знаю, как поступить. Если спустимся вниз к остальным, то Федот вылечит Светозару, но её тут же казнят вместе со мной и Никодимом. Если останемся в замке, то выживем, но некому будет помочь Светозаре.

Ни одно из решений нам не подходит.

— Давай быть разумными, — говорю.

— Давай, — соглашается Никодим.

— Если мы прямо сейчас спустимся вниз к безумцу, то он тут же нас прикончит.

— Я тоже так думаю. Такие люди не прощают, когда их пытаются убить. Особенно какие-то вонючие крестьяне вроде нас.

— Если же не спускаться, то можно попытаться спрятаться в замке — он большой, наверняка найдётся хороший укромный уголок.

— Но нас всё равно найдут, — возражает Никодим. — Посмотри, какая большая толпа внизу. Эти тысячи людей в каждую мышиную дырку нос засунут. И у них на это не уйдёт много времени.

— Тогда какой у нас ещё остаётся выбор?

— Вы можете поискать сокровищницу, — предлагает Веда. — Там полно чудодейственных вещей, которые принадлежали князю Гориславу. Там точно есть спящие духи оружия вроде меня.

— Ты знаешь, где она?

— Под землёй, но где именно — не представляю. У нас могут уйти дни, чтобы отыскать её.

— Светозара столько не протянет.

Сидим с Никодимом и Ведой на балконе, молчим. Пытаемся понять, какой из всего этого есть выход. Эх, будь у нас чуть больше времени…

Светозара лежит на холодном камне, белая и беспомощная. Мы не можем просто так позволить ей умереть: если есть шанс её спасти, то нужно его использовать. Спустимся вниз, Федот её излечит. А с безумцем как-нибудь разберёмся.

Внезапно Никодим оживляется и смотрит куда-то вниз.

— Эй, а это разве не…

— Это же Снежана! — через чур бодро вскрикивает Веда.

— Она делает какие-то странные жесты рукой.

Выглянув одним глазом между каменными перилами, я гляжу на девушку, от которой у меня дыхание перехватывает. Она такая же, какой я её запомнил: своим присутствием затмевает всех остальных людей вокруг. На ней снова длинный плащ с капюшоном, но уже другой. Сегодня Снежана выглядит более печальной. Оно и понятно… как тут будешь радоваться, находясь рядом с безумцем?

Она стоит позади князя, рядом с каким-то парнишкой наших лет.

Её левая рука повёрнута ладонью вперёд, она без перерыва машет пальцами, будто делает приглашающий жест спуститься к ним. Но из-за того, что окружающие либо носятся, следуя приказам безумца, либо глядят вверх, никто этого жеста не замечает. Только мы.

Даже с большого расстояния я могу видеть, что она смотрит точно на меня. Пристальным, немигающим взглядом, будто хочет что-то сказать, но не может.

— Я принял решение, — говорю.

— Что? — удивлённо спрашивает Никодим.

— Мы со Светозарой спускаемся вниз, где я передам её Федоту, а ты с Ведой пойдёшь вниз и попытаешься найти сокровищницу.

— Скажи мне, ты идиот? Как только ты выйдешь наружу, то всё, конец тебе!

— Сомневаюсь, что это будет так скоро. Безумец наверняка захочет позлорадствовать, поиздеваться. Немного времени у меня есть. К тому же Снежана явно что-то хочет сделать, иначе она не звала бы нас таким способом.

— Ты готов спуститься из-за какого-то дурацкого жеста?