— Нет, слишком рано, — прошипел Азъ. — Похоже, что-то пошло не по плану. Все, хватит трепаться! Пора вылезать из этой канавы. Ужъ, давай, выпускай птичку, посмотрим, что там снаружи.

Разведчик вытащил из рюкзака на спине коптер, затем подполз к выходу из круглой трубы, нажал кнопку включения и с силой подкинул беспилотник в воздух, чтобы тот начал жужжать как можно дальше от их укрытия. Затем Ужъ быстро перехватил пульт управления с маленьким экраном и, ловко выворачивая пируэты меж голых ветвей деревьев, полагаясь на одному ему известное чутье, вывел дрон на открытое пространство.

Увиденное зрелище заставило парней застыть с открытыми ртами. Проулки меж высоток на их стороне полыхали. В нескольких местах разбросанные в разные стороны ошметки плоти и оторванные куски тел формировали внушительных размеров воронки. Зомби, отброшенные взрывной волной, с жалким скулежом поднимались с земли.

Ужъ вывернул дрон, запустив его по широкой дуге, когда заметил рядом летящего по прямой собрата. Коптер, явно летевший прямо из цитадели, нес в себе несколько горящих факелов от коктейлей Молотова. Разведчик решил проследить за этим аппаратом.

Когда на мониторе пульта появилась цель дружественного дрона — огромная раздутая, аморфная туша, опирающаяся на нескольких зараженных, парень изрек целый небоскреб из мата.

— Да что там? — Азъ подошел ближе и увидел, как раздутый до невероятных размеров зомби трусливо пытался спрятаться под козырьком здания.

Однако управлявший коптером оператор явно знал свое дело. Ужъ присвистнул, когда летательный аппарат цитадели сделал виртуозную петлю, полностью перевернувшись в воздухе, после чего стал стремительно пикировать вниз.

Разведчик ловко увел в сторону свой коптер, быстро догадавшись, что именно было причиной взрыва. В углу дисплея сверкнуло яркое оранжевое пятно, через несколько секунд звук взрывной волны снова гулко прошелся по трубе.

— Пиздец, это так тот урод бомбанул?! — прошептал Леший, уставившись на экран пульта.

— Похоже, — ответил глава первого рубежа. — Разлетающиеся на ошметки зомби — должно быть, прикольное зрелище, но нам некогда любоваться. У нас с вами сейчас, возможно, самая главная миссия: найти вождей, передать координаты в штаб, чтобы наши подорвали ублюдков. Тогда у ребят на стене будет шанс уничтожить всех зомби, которые превратятся в тупое стадо.

— Думаешь, — прошептал Ужъ, — этой ордой управляет целая группа вождей?

Азъ пожал плечами:

— А как еще ей удается удерживать такое количество бешеных под полным контролем? В бестиарии читал обновление? Нам удалось установить, что один вождь может руководить не больше сотней за раз!

— Мда, а судя по тому, сколько сейчас движется на завод, этих уродов должно быть не меньше тысячи, — парень слегка улыбнулся, пригладив тыльной стороной ладони свои густые брови. — Но в этом тоже есть плюс, да?

— И какой же?! — с удивлением переспросил Леший.

— Мы точно поймем, что это кучка вождей, если их увидим, — ответил глава первого рубежа. — За мной, попробуем пробраться через городской парк. — Парень аккуратно, стараясь не поднимать большого количества брызг, спустился в пруд.

— Сука! К такому я не был готов! Долбаное бешенство мутирует слишком быстро! — я впечатал кулак в стену штабного вагона. — Откуда, мать их, взялись эти блевунЫ?!

Удар, усиленный гидравликой костюма, получился настолько мощным, что стена из листового металла вмялась, не говоря уже об оглушительном звуке, заполнившем все пространство штабного вагона.

Тяжело дыша, я перевел взгляд на проекцию затраченных ресурсов при обороне. Увы, цифры действительно резали глаза до слез.

Потрачено:

Пятнадцать дронов из тридцати шести.

Раненых граждан — шестнадцать человек.

Убитых — восемь человек.

Затрачено боеприпасов — шесть цинков из сорока семи.

Сожжено бензина — двадцать три литра.

Три турели вышли из строя.

Сожжено сорок восемь коктейлей Молотова.

Отбито три волны.

Убито зараженных: *** не установлено.

Итог: потеря обороноспособности — тридцать семь процентов от изначальных показателей.

Я перевел свой тяжелый взгляд с переливающихся цифр, блекнувших от утреннего света из распахнутой двери, на притихших девушек. София и Николь жались друг к другу возле рабочего стола, никак не ожидавшие такого агрессивного проявления моих эмоций. И без того перепуганные происходящим, они явно не ожидали такого перформанса от того, кто практически всегда спокойно относился к потерям.