— Не говори глупость. Я ее никогда не видел, — уклончиво возразил я. — Терпеть не могу несправедливость, вот и все. Да и любопытно, что за остров такой, к которому никто подобраться не может.

Через три дня налетел небольшой ветерок. Он не надувал паруса, а рвал их в разные стороны. Приходилось все время висеть на тросах, меняя направление парусов.

— Все, началось, — пробормотал капитан и выпустил первую ворону.

Я внимательно наблюдал за птицей. С громким карканьем она взмыла в небо и исчезла вдали.

Вернулась ворона через полчаса. Она села на ладонь капитана и начала клевать угощение.

— Что вы проверяли? — задал я вопрос.

— Далеко ли земля.

— И?

— Далеко.

На следующий день выпустили еще три вороны. Вечерняя не вернулась. Капитан напряженно вглядывался в морскую даль. Бри, сидевший в корзине вперед смотрящего, тоже не выпускал из рук подзорную трубу.

— Видно, что там? — крикнул Харди.

— Не понимаю, весь горизонт затянут дымкой.

Мы продолжали двигаться в том направлении, куда улетела ворона. Море продолжало штормить, но не так сильно, как должно было. Команда вполне справлялась с управлением, корабль подпрыгивал на волнах, но двигался вперед.

Этот факт вызывал у капитана недоумение.

— Ничего не понимаю, — бормотал он с камбузе за ужином.

— В чем дело?

— Господин, вы маг? — в лоб спросил он меня.

— Нет.

— Может, сын морского бога?

— Нет. В чем дело.

— Странно все это. Раньше, как только мы приближались к этим координатам, — капитан ткнул ложкой в карту. — Начинался настоящий ад.

— И сейчас штормит.

— Да разве это шторм? Так, легкий ветерок.

А утром я проснулся от крика:

— Земля!

Я проснулась от резкой боли в левом боку. Сначала не могла понять, что случилось и куда исчезла мягкая перина? Но бок так саднил, будто в него впились сотни игл.

Я неловко повернулась и словно соскочила с чего-то острого и твердого. Сразу стало легче, только потом открыла глаза. И захлопнула тут же: мне показалось, что я опять попала в кошмар.

Я по-прежнему находилась в пещере, костер догорел, лишь тлели несколько угольков. От огромного куска дерева, которое я вчера нашла, остался только тлеющий комель. А за темным провалом входа шел тропический ливень.

Он сплошной стеной закрывал проем, гремел барабанной дробью по листьям и камням, а его брызги залетали в пещеру и падали на край костра. Угли шипели и чернели на глазах.

Отчаяние охватило меня, я зажала голову ладонями и начала раскачиваться. Получается, и коровы, и люди, и чудесная деревня с горячими источниками мне приснились? Я хотела попасть в рай вот его и представила себе.

— За что ты со мной так, русалка? — зашептала, глотая слезы я. — За что?

Почувствовав укус, ударила себя по руке, и сразу воздух наполнился мерзким зудением. И тут в полумраке утра я разглядела свои руки. Гнуса было столько, что он полностью облепил кожу. Я мгновенно встряхнулась и бросилась оживлять костер. Высовываться в такую погоду наружу не было ни настроения, ни желания.

Огонек постепенно разгорелся. Я поставила на камень котелок, сварила кашу с остатками вяленого мяса. Впервые пожалела, что взяла его с собой так мало. Завтракала вперемешку со слезами, они не желали останавливаться, текли и текли по щекам.

То, что я видела во сне, было таким осязаемым, таким явным, что я все еще чувствовала вкус молока во рту. Чтобы огонь был сильнее, я засунула в костер второй кусок дерева и опять прилегла. Делать все равно нечего, торопиться некуда. Подниматься на вершину горы под дождем да по мокрой траве, это вконец убить единственную обувь и одежду, еще подхватить лихорадку.

«Может, зря я полезла на холм? — мелькнул вопрос. — Надо было ждать помощь на берегу».

Эта мысль не давала мне покоя. Глупая ошибка могла стать ценой моей жизни. Я чувствовала, что уплываю и снова погружаюсь в полудрему. И вот я лежу на широкой кровати в доме Валиты. Открыла глаза и с наслаждением потянулась. В воздухе разливаются восхитительные ароматы: наверняка хозяйка готовит что-то вкусненькое.

— Тетушка Валита, — кричу из спальни. — А где у вас туалет?

— Или сюда, покажу, — отвечает она.

Я одеваюсь, растираю глаза. Солнце радужно сияет в окне, его лучи играют в чехарду на натертых полах. И мне хочется прыгать с ними.

Я вздрогнула. Острая боль опоясала спину. Повернулась в поисках причины боли и замерла: на меня смотрели несколько пар блестящих маленьких глаз каких-то зверьков, а один такой сидел у меня на спине.

Я испуганно вскочила, стряхнула с себя мерзкого паразита, затопала ногами, запрыгала и завизжала во всю глотку. Потом схватила из костра горящую палку и закрутилась, разгоняя зверей.