Тренькает бодрое оповещение о входящем, чат с Лизой пополняется новыми сообщениями и кружочками видео. Несмотря на затяжной дождь, обрушившийся на сельские районы, в их палатке весело — новый краш Лизы развлекает собравшихся ребят пением под гитару, а Лиза тайком снимает его симпатичный профиль и ежеминутно делится со мной впечатлениями.

«Варя, он такой замечательный. Веселый, понимающий, интересный, умный. И… только взгляни, какая внешность! Подумать только: мы все это время учились в параллельных группах. Вот что значит — смотреть не в ту сторону. А счастье было так близко. Я потом вас обязательно познакомлю, и он тебе точно понравится!»

Я искренне желаю ей удачи, откладываю телефон и снова утопаю в мягких подушках. Прислушиваюсь к тиканью часов и прикрываю веки.

Счастье было так близко…

Перед глазами опять в полный рост встает Спирит: высокий, стройный, расслабленный и очень красивый. Я в мельчайших деталях помню его прекрасное лицо, аромат солнечного парфюма, надежное тепло объятий, смеющиеся синие глаза, наполненные искрами света, безусловной любовью и верой в меня. Если бы не этот взгляд, я бы никогда не нашла в себе силы выйти из тени, заявить о себе, дать обстоятельствам бой и выйти из всех злоключений победителем.

Анна права: вдохновение к жизни приходит, когда твоя душа спокойна, когда у тех, кого ты любишь, все хорошо…

Теперь я знаю, что любовь — не та отравляющая, прибивающая к земле боязнь не дотянуть, разочаровать, потерять и задохнуться от боли, которую вечно вселял в меня Шарк. Любовь — полное доверие, неизменная поддержка, умение прощать, готовность, не раздумывая, отдать последнее и ничего не попросить взамен.

***

Светает сегодня рано, но солнце так и не разгорается, и серое, окутанное мглой утро плавно перетекает в туманный день. Унылая многоэтажка в окне едва различима, над ней клубятся мрачные тучи, грозя в любой момент обрушиться вниз проливным дождем.

Нехотя вылезаю из кровати, надолго запираюсь в душе и являюсь к завтраку с опозданием. Хрипло приветствую родителей, благодарю Анну за шикарные, легкие блюда и, плюхнувшись на стул, аккуратно отпиваю кофе. Папу не на шутку встревожили мои планы летней подработки, и он с пристрастием расспрашивает, кто такая Карина и где находится ее салон.

Но Анна гладит его по плечу и с жаром убеждает:

— Женя, Варе выпал отличный шанс себя проявить, иона обязательно со всем справится. Дети растут. Давай дадим им чуть больше самостоятельности, хотя меня все еще пугает эта мысль…

Родителям предстоит поездка за Лизой, и папа, скрепя сердце, соглашается. Встает из-за стола, задумчиво покручивает на пальце брелок и пускается в долгие напутствия, но Анна настойчиво подталкивает его в спину, набрасывает плащ и заговорщицки подмигивает мне на прощание.

Щелкает замок, повисает звенящая тишина, разбавленная тяжкими вздохами ветра и звуком моторов далеких авто. Возвращаюсь на кухню, подхватываю чашку за еще не остывший, выпуклый бок, но ароматный кофе не лезет в горло, и пальцы заметно дрожат. С каждой секундой нарастает волнение — отыщу ли я Найденова, сумею ли расспросить, окажется ли он тем, кто мне так нужен?

Сверяюсь со временем и прислушиваюсь к размеренному стуку в груди. Как бы все не сложилось, я искренне рада за Лизу — она сменила статус в сети на «В отношениях», добавила несколько новых фото, и Фантом не преминул щедро набросать на них дизлайки.

Я даже улавливаю граничащее со злорадством удовлетворение и, кажется, понимаю, по какой еще причине Спирит называл Фантома жалким подражателем. Их ники имеют схожее значение, к тому же брюнет Фантом очевидно косил под более успешного соперника и даже высветлил патлы. Разве это не повод допустить, что Спирит и Найденов — одно лицо…

Споласкиваю посуду прохладной водой и, посмеиваясь от своего неожиданного открытия, перебираюсь в комнату. Тут тоже сумрачно и непривычно тихо, и мандраж снова захлестывает меня с головой. Влезаю в те же вещи, что были на мне в первую встречу со Спиритом, пробую нанести макияж, но руки не слушаются, и вскоре я бросаю бесполезное занятие.

Натягиваю в прихожей верные кеды, снимаю с крючка рюкзак и покидаю теплую, уютную, понятную и уже ставшую родной квартиру.

В метре от подъездной двери повисла прозрачная пленка дождя, и я рефлекторно отступаю и упираюсь лопатками в холодный металл.

Дождь не страшен…

На миг зажмурившись, делаю шаг вперед и раскрываю над головой защитный купол зонта. В мутных лужах под подошвами мелькают покрытые рябью кроны деревьев, полупрозрачные дома и безликие, нахохлившиеся прохожие.

На автомате добираюсь до остановочного павильона, прячусь под пластиковым козырьком, и через секунду к бордюру подползает автобус третьего маршрута с несколькими сонными пассажирами в комфортабельном салоне. Занимаю любимое место у окна, прислоняюсь лбом к стеклу, и меня захлестывают моменты из недавнего прошлого: первая совместная поездка с Лизой, наше напряженное молчание, неловкие попытки сблизиться и, наконец, долгожданное примирение.