Шрифт:
— А можно узнать, кто именно у нас такой молодец и успел так хорошо подготовиться?
Я уже было подумал, что сейчас получу ответ, но вместо этого Розен покачал головой.
— Не. Без вариантов. Во-первых, все сделки по этим позициям конфиденциальны. Да и делали их, как я уже сказал, через сторонние биржи. Видишь? Индекс вот здесь! Как минимум половину покупок сделали из-за рубежа.
— Мда-а-а-а… — протянул я задумчиво и посмотрел в потолок.
И на что я рассчитывал? На то, что получу хороший, быстрый и четкий ответ на свой вопрос? Так я его получил. Только что толку-то? Нормальной информации как не было, так и не появилось.
— Какая сумма сделки?
— Она там не одна. Я же говорю, там целая…
— Да боже мой, Розен. Просто скажи. Я же вижу, что ответ у тебя уже есть.
Его самовольство вспыхнуло чуть сильнее.
— Это не точные данные, так как сами операции ещё не совершены, но если прикинуть… около четырехсот с лишним миллионов. Наверное, я бы даже прогнозировал полумиллиард. Это если всё будет так, как ты сказал и общий индекс акций пойдет вверх. А так без понятия.
Вот теперь всё стало ещё менее понятно… хотя стоп! Чего это я. Да, с точки зрения самой сделки сумма не слишком уж и большая, тут верно. Но! Если предположить, что эти деньги уйдут не компании, а в чей-то личный карман, то всё становится несколько более ясным.
Ладно. Что мы имеем? Кто-то через Марину получил доступ к документам по сделке Румянцева. Из-за того, что документы утекли на сторону, «РНК» сделку отменили, и теперь князь должен им неустойку за то, что практически готовое к заключению соглашение сорвалось как бы по его вине. Что дальше?
А дальше мы вступаем на тонкий лёд догадок и предположений. Кто-то, кто явно знал о происходящем, решил навариться на этом деле. При этом сделать это в свой личный карман.
Что это даёт мне?
По большому счёту ничего. Я всё ещё не знаю, как именно та чёртова программа попала на ноут Марины. Я всё ещё не в курсе, кто именно её подставил. И я всё ещё не имею ни малейшего понятия, как эту чёртову проблему решить. Всё, что у меня есть, не более чем удивительно подходящие под мою теорию совпадения, оставляющие без ответа главный вопрос.
Как снять подозрения с Марины?
— Так что? — спросил Розен, когда я встал со стула. — Мы в расчёте?
— В расчёте, — кивнул. Всё же то, о чём я его просил, он выполнил. — А если узнаешь, кто именно стоит за этими покупками, то я тебе ещё и должен буду.
— Было бы здорово, но тут я бессилен, — к моему удивлению честно признался он. — Говорю же, они не работают с акциями напрямую, а лишь с производными инструментами. Но если всё обстоит именно так, как ты сказал, то это лютейший пример инсайдерской торговли. За такое посадят на такой долгий срок, что человек и своих внуков не увидит.
Ну тут он загнул, конечно. Но да. Годков пятнадцать-двадцать посидит и подумает над своим нехорошим поведением. Это верно.
Теперь понять бы, что делать дальше…
В несколько расстроенных чувствах я направился обратно в отдел.
— О, наконец-то! — воскликнула сидящая за своим столом Анастасия. — Я как раз хотела тебе звонить уже. Где ты пропадал?
— Работал, — хмыкнул я, не став ничего объяснять. — Чего звонить-то хотела?
— Во-первых, нам надо встретиться с клиентом по второму делу.
— Мошенники или то, с полицией?
— Второе, — кивнула Настя, достав папку и протянув её мне. — Нам снова нужна подпись этого… как его…
Она ткнула в заваленный документами стол.
— Савина, — сказал я, читая материалы дела. — Это не проблема. Я съезжу к нему. Когда встреча с клиентом?
— Послезавтра.
— Тогда не вопрос. Займусь этим завтра с утра.
Хорошо, что я заранее с этим разобрался. Как представляю, что мне каждый раз бы пришлось препираться с этим инфантильным увальнем, так хоть на стенку лезь. Не. Мне такого счастья не нужно. Да, с одной стороны немного аморально, но тратить на этого идиота своё личное время у меня не было никакого желания.
— Тогда второе. Мы идём в ресторан.
Занятый просмотром материалов по делу, я аж глазами о строчку споткнулся.
— Вот сейчас не понял.
Настя посмотрела на меня как идиота.
— Что непонятного? Мы идём ужинать в ресторан…
— Насть, слушай, я не из таких мальчиков, чтобы так быстро на свидания соглашаться…
— Боже, да кому ты сдался, — фыркнула она и закатила глаза. — Я лучше в одиночестве посижу, чем с тобой на свидание пойду. То же мне, самомнение.
— Ну вот и решили, — хмыкнул я.