Те же газоанализаторы были нужны, когда прошли слухи, будто противник стал баловаться сбросами с «птичек» боеприпасов с химическим наполнением. Как оказалось, толку с этого не было никакого: ты успевал словить «прилёт» и «хапануть» раньше, чем прибор засекал изменения предельно допустимых концентраций отравляющих веществ. Но эксперименты проводились, да. Анализаторы имел в наличии.

Дозиметр вообще был штатным в оснащении. Ядерную войну никто не ожидал, но что такое взрыв «грязной» бомбы, распространяющей по округе радиоактивную пыль, производимую боеприпасом без ядерной реакции, знали все. Попасть в поле поражения такой игрушки не случилось, но пользоваться радиометрами умею.

А вот всё, что касалось второй части модернизации оснащения — калибра — необходимо доставать.

Самое «злое», что у меня есть — это винтовки нормальных калибров. «Нормальными» у нас признаны калибры до девяти миллиметров включительно, но ни один патрон такого номинала не поможет, если приспичит иметь дело с монстром, скелет которого изобразила Лана. Там реально, блин, целый динозавр… Хуже всего то, что списать на фантазию девушки или бредни умалишённой это не получится. Бериславский подтвердил, что его экспедиция находила кости непомерно огромных существ. Значит, нужна соответствующая огневая мощь.

Ни в одном охотничьем магазине я такое не найду. Да, калибр 12,7 миллиметров в своё время сертифицировали в качестве охотничьего боеприпаса для гражданского огнестрельного оружия. Но, во-первых, цена выстрела в тысячу рублей за патрон не нашла отклика в сердцах кузьмичей, а, во-вторых, цена винтовок в этом калибре даже безо всяких накруток поганой метлой разметала любые очереди, которые только могли бы встать к витрине с таким стрелядлом. Редкие магазины имели в ассортименте подобную шайтан-арбу, но это больше имиджевая история. Продавались такие пушки крайне редко.

Да и, если делать всё по букве местного закона и приобретать оружие официально, для его покупки необходима лицензия на приобретение, которую быстрее, чем за месяц, сделать затруднительно. Нет у меня подвязок в отделах лицензионно-разрешительной работы. Придётся делать документы на общих основаниях в порядке очереди. А ждать месяц, после чего ждать ещё две недели, прежде чем выдадут разрешение на ношение и хранение, которое позволит приобретать боеприпасы без палева…

Если тот же клинок в подарок Морозову я купил просто на основании охотничьего билета и первой попавшейся РОХа, которую вытащил из бумажника, то с тем же 12,7 такой фокус не прокатит. А соваться за Урал на встречу с айнами с меньшим калибром видится так себе идеей. Значит, нужна подвязка с тем, кто поможет добыть.

Я развалился на диване, нашёл в КПК номер «Балагура» и набрал вызов.

Несколько секунд в трубке слышались лишь одни гудки, которые прервались абсолютно неожиданно:

— Какие люди, да без охраны… «Мастер», да ещё и собственной персоной… Жив?

— А что мне сделается? — буркнул я в ответ. — Подумаешь, сдохну. Первый раз, что ли?

— Действительно, — фыркнул старый знакомый, казначей московского отделения ЧВК «Бесогоны». — Просто так звонишь или по делу?

Секунда тишины.

— Хотя, какое, на хрен, «просто так»… Ты ж пару недель, как домой вернулся. У тебя и без моей морды есть, с кем за жизнь потрещать. Дела срочные или терпят?

— Какое-то время есть, — уклончиво отозвался. — Но, если за них кто-нибудь возьмётся, будет зело полезно. Мне будет нужна одна скрипка, фраерам в уши ссать. Сами по себе фраеры те ещё концертмейстеры. Медведь на уши наступил, потому классическую симфонию не заценят. Надо что-то такое, чтоб прям басами наваливало.

Трубка усмехнулась голосом «Балагура».

— Едрить, тебя понесло в консерваторию… Тебе контрабас подогнать, что ли? Или сразу органный комплекс?

Как представил себе, что буду рассекать по неосвоенной аномальной Сибири с раструбами направляющих от реактивной системы залпового огня, так аж в дебильной улыбке расплылся. Были б такие у атамана Ермака в его годы — глядишь, и освоение Зауралья прошло бы с куда меньшими потерями.

— Этот орган ещё обслуживать надо, — вздохнул я. — А из меня органист — как из балетной примы шлюха. Не, я музыкант скромный. Какую-нибудь скрипочку позвучней, да струн к ней расходных… А за мной не заржавеет. Встретимся?

Трубка замолчала тишиной секунд на десять-пятнадцать.

— Давай. Как будешь готов — подруливай. Желательно наличкой. С золотом нынче морока.

— Золото я и без того не жалую. Заранее дзякуй, боярин. Скоро буду.

— Гарцуй. Жду.

Отлично. Одной проблемой меньше.

У «Балагура» в загашниках найдётся любой запрос. Трофеев ЧВК имеет не просто вагон и маленькую тележку. Когда следует зачистка занятой территории, гребётся абсолютно всё, что плохо лежит, в режиме пылесоса. Если мне, к примеру, на поле боя 12,7 на хрен не нужен, то кому-нибудь из наших снайперов-дальнобойщиков антиматериальная винтовка для выведения из строя бронированных или технических средств противника потребна как воздух. Понятно, что не всё нам доставалось в товарном виде. Некоторые трофеи в процессе захвата страдали так, что их даже слесаря-оружейники в руки не брали. Дешевле выкинуть и забыть, чем отремонтировать. Но более или менее кондиционные образцы скрупулёзно складировались и вывозились на Большую Землю. А там уж им находилось применение. Лишь бы оприходовать.