— Что это? — спросила она. — Никогда такого не видела…

«Было бы странно, если б в Империи девятнадцатого века повсюду валялись портативные компьютеры», — промелькнуло в уме.

— Одно из крайне интересных приспособлений, — отозвался я. — Слишком долго рассказывать сейчас, но могу пообещать, что в очень скором времени ты ознакомишься с таким на практике лично. Это будет в рамках нашего с тобой сотрудничества.

Мой взгляд перекочевал на разбросанные повсюду листы с зарисовками вислоухой.

— А ты, смотрю, вошла в раж. Рука не устаёт?

— Быстро кончаются карандаши, — улыбнулась хвостатая. — И подходит к концу запас бумаги. Скоро начну изображать на обратных сторонах листов, а там что-то из писчих принадлежностей кончится раньше.

— Не загоняй себя, — попросил будущую соратницу. — Ты хоть спишь? С таким объёмом работы покой тебе лишь только снится.

— Не переживай, мастер, — тёплая улыбка раненой приятно грела сердце и душу. — От айнов прокажённым досталось многое, в том числе выносливость. Мы подолгу можем обходиться без сна, если того требуется.

— Это не повод лишать себя сна и отдыха. Не перетруждайся. Тех материалов, что ты уже изготовила, должно хватить на первое время.

Лана кивнула.

— Как скажешь. Я закончу несколько рисунков и пока оставлю их.

— Благодарю за понимание.

Поскольку день клонился к вечеру, удалось застать на месте и Морозову с девчонками. Те как раз вернулись с отработки практических навыков и только рады были, чтоб их почтили визитом. А тут — надо же, какое стечение обстоятельств! — абсолютно случайно (нет) рядом оказался я, который исполнил сие помышление в самом наилучшем виде.

На мой стук в дверь Ветрана среагировала молниеносно. То ли ждала чьего-то прихода, то ли я застал её стоящей неподалёку от двери.

Увидев меня, стоящего на пороге, светлейшая княжна качнула бедром.

— Дорогой мой Александр Александрович, — одарив меня своей прелестнейшей улыбкой, проронила девушка. — Я не могу не отметить, что ты зачастил в гости… Конечно, отец благословил наши свидания, и нам всем в радость тебя лицезреть… Неужто опять за наукой повадился, али скука смертная одолевает без девичьей ласки?

Я развёл руками.

— Увы, Вета. Сегодня сугубо по делам. «Безмолвием» владеешь?

Кокетливая улыбка враз исчезла с лица наследницы рода Морозовых.

— Заходи.

Тон девушки моментально принял рабочие ноты ещё до того, как за моей спиной закрылась входная дверь девичьих апартаментов.

— Настя, — я поздоровался с телохранительницами Ветраны. — Катя. Всем привет.

Обе девушки кивнули мне в знак приветствия, а за мной раздался голос светлейшей княжны:

— «Безмолвие».

Уже ставшие знакомыми резонансные волны пробежались, затухая, по стенам помещения, формируя поле заклятья, начисто отсекающего распространения звука. Комната девушек стала сугубо конфиденциальной и, в теории, защищённой от любопытных ушей.

— Что случилось? — требовательно спросила Ветрана. — Это из-за нас, да? Я подставила тебя с дуэлью? Не томи! Если огрех на мне — то мне и исправлять! Тебе выдвинули обвинение?

О, как завелась…

— Пока всё не настолько критично, — отозвался я, проходя вглубь комнаты, к большому столу в центре помещения.

Судя по тому, что вся троица в уставной форме слушательниц, а сумки с учебными материалами стоят на стульях, к занятиям девушки ещё не приступали.

— Я говорил с Александровским и Протопоповым.

Ветрана заметно побледнела.

— Наш контракт вступил в силу. Мне придётся исполнять ряд задач, в которых понадобится помощь. Чья конкретно — не мне принимать решения. Но я заикнулся о твоей кандидатуре. Твоё умение ставить щиты, способные отразить заклятье тактического уровня… не уверен, что сумею быстро освоить этот навык. Возможно, в скором времени твоим родителям придёт повестка… оповещение… уведомление… как бы это ещё назвать… Короче, есть шанс, что будем работать вместе.

Бледность ушла с лица наследницы рода также быстро, как и появилась.

Ветрана с облегчением выдохнула.

— Не пугай так больше, пожалуйста… я чуть душу Богу не отдала…!

— И в мыслях не было, — извинился я. — Просто дела продвигаются довольно шустро. Ещё на днях я знать не знал, что меня Император жаждет в очи лицезреть, а намедни мне Поликарпович сказал, что договор утверждён в гербовой бумаге. Готовится экспедиция за Урал. И всё идёт быстрым темпом.

— За Урал? — переспросила Настя. — В смысле… в неосвоенные земли? Там же…