— Эфир здесь нестабилен, — прошептала она. — Началась в потоке яма. Трудно собрать энергию в одно целое…

— Попытайся, — призвал я, оглядывая помещение. — А я пока посмотрю, нет ли здесь чего-то подходящего. Может исцелялка какая

Но, обшарив полки и ящики, я обнаружил, что все более-менее полезные вещи уничтожены.

— Ничего… — я нахмурился. Тут же в голове всплыла одна вещица. — Будь с ней.

Лина коротко кивнула, продолжая что-то шептать. Я бросился по скрипучей лестнице наверх, где располагался чердак. Моя походная сумка, в которой я хранил весь свой скарб и припасы, лежала в углу. На ней уже образовался слой пыли.

Я быстро проверил её содержимое: всё на месте. Я хватил меч, накинул ремень сумки через плечо, и рванул обратно вниз. Лина уже вялая, у неё капли пота на лбу, а Ласка лежит всё так же, едва дышит.

— Вот, — я опустился на колени, достал из сумки флакон. В очередной раз, добытое у старухи спасало меня. — Зелье регенерации. Должно помочь.

— Наливай, — выдохнула Лина, убирая свои руки и давая место флакону.

Я аккуратно приподнял голову Ласки, влил зелье ей в рот. Она судорожно сглотнула, закашлялась, рвано втянула воздух.

Лина снова сжала руки в магическом жесте, стараясь стабилизировать эфир. Я ощутил, как вокруг нас колыхнулась слабая волна энергии, но она словно растворялась.

Пришлось мне подключиться и действовать руной Мирда. Она была не из лёгких, но способствовала регенерации.

Чёрт, руна шла куда медленнее, чем обычно. Я чувствовал, как эфир рассеивается, не давая образоваться нормальному плотному потоку силы.

Спустя пару томительных минут, совместные усилия дали результат. Ласка слабо пошевелила губами, приоткрыла глаза и мучительно закашлялась. Лина облегчённо выдохнула:

— Ожила.

Я проверил у неё пульс — слабый, но ровный. Ласка попыталась сфокусировать на нас взгляд:

— Даниил… — прохрипела она, раздирая горло кашлем. — Вы?.. Кто…

— Тише, — я аккуратно коснулся пальцем её лба, ощущая горячую кожу. — Лежи спокойно, не рыпайся. Кто с тобой это сделал?

— Имперский… полковник… — прошептала она, стараясь сделать вдох поглубже. — Он искал тебя…

Горло у неё пересохло, она прикусила губу, и слёзы выступили на глазах.

— Сказал… если вернёшься, чтобы я… — она горько выдавила смешок, от которого её тело содрогнулось. — Сообщила ему… Но я отказалась, и он начал…

— Какой полковник?! — Лина бросила на меня встревоженный взгляд.

— Если б я знал, — процедил я. — Кто бы он ни был, он сволочь каких поискать.

Я услышал, как снаружи скрипнула гравийная дорога и раздались приглушённые переговоры.

— Тише, — сказал я, и Лина замерла. Ласка и так не могла пошевелиться, лишь приоткрыла рот.

Я активировал «глаз миров», осторожно развернувшись к двери. Сквозь узкие щели в дверном косяке и тонкие стены я увидел несколько человек в камуфляжной форме, держат автоматы наготове. Они явно выслеживали нас.

— Похоже, те, кто тут был, устроили засаду, — пробормотал я. — Если этот полковник охотился на меня, то он мог оставить людей «на всякий случай», чтоб не упустить, когда я появлюсь.

— Хреново, — выдохнула Лина. — Это очень хреново. Сейчас лобовое столкновение…

— Да, — подтвердил я, искоса глянув на меч, что висел на плече. — Ты не в состоянии колдовать, эфир нестабилен.

— Хватит, чтобы сжечь пару человек, — криво усмехнулась она, выпрямляясь. — Но если их много, не хватит.

Ласка застонала, приподнимаясь на локте:

— Нет… валите… меня оставьте…

— Спокойно, — рявкнул я, прерывая её отчаянный шёпот. — Мы тебя не бросим.

Лина коротко кивнула: мы уже были на одной волне. Лишать женщину, которая меня не сдала, хоть какого-то шанса на спасение — это не в моих правилах.

— Надо уходить тихо, — сказал я, сжимая рукоять меча.

Тут внезапно за окнами вспыхнул ослепительный белый свет прожекторов, тотчас заливший всё помещение ломбарда почти дневной яркостью. Я отшатнулся от вспышки, прикрыв глаза рукой. Лина мгновенно отозвалась резким выдохом: она тоже была ослеплена.

В окно, со звоном бьющегося стекла, залетел камень и, приземлившись на пол, гулко ухнул. В этот момент связь с эфиром оборвалась. Я почувствовал, что не смогу воспользоваться ни одной руной.

Лина сдавленно крикнула:

— Глушилка! Они… они заглушили магию!

Слова зазвенели в помещении, словно раскат грома в ушах. Оставалось рассчитывать лишь на грубую силу, да на мой меч. А против двадцати Имперцев — это уже не схватка, а настоящее самоубийство.