— Ой, какой бедняга… — пробормотала Лана.

— Не узнаю, — покачала головой Левкиппа.

Одна только Рина посмотрела на Аркадия и на фотку и сказала:

— На вас немного похож. Это ваш родственник?

— Это я, — сказал он. — Этим фотографиям ровно неделя.

Вот тут девчонки офигели повторно.

— Более того, — сказал Аркадий. — Когда я вызвал Кирилла на встречу в канун Нового года, мои дела обстояли настолько плохо, что я не рассчитывал дожить до сегодняшнего дня. Во всяком случае, дожить, сохранив хотя бы минимальную свободу действий. И ему об этом сказал. Разумеется, он никак не мог отказать мне в просьбе!

Далее Аркадий гладко повел свой рассказ еще с тех пор, как он был мальчиком-волшебником. Как он случайно выучился новым заклятьям, не связанным с предметом-компаньоном. Как выяснил, что Проклятье связывает детей через сердце. Как сначала пытался передать Ордену ценную информацию окольными путями, потом понял, что это не работает, и решил покалечить себя, чтобы дать шанс Ордену подготовить полноценных магов. Как вопреки ожиданиям остался жив. Как потом стал разыскивать детей, также способных осваивать какую-то новую магию.

— И нашли Кирилла? — охнула Саня.

— Именно, — кивнул Аркадий. — Или, скорее, Кирилл ворвался в зону моего внимания буквально с ноги.

Дальше он, к моему смущению, описал захват АЭС и мои действия, как будто я был каким-то Командором Стальные Яйца, а не лишенным релевантного боевого опыта гражданским, импровизировавшим по ходу пьесы. Впрочем, возражать я не стал: какими глазами на меня смотрели девчонки!..

— Так вот почему капитан Теримов!.. — начала Лёвка и не закончила.

— Капитан Теримов и его люди чувствуют закономерную признательность Кириллу, — подтвердил Аркадий. — Жителям обоих ближайших Атомоградов и вообще всей Вьосской долины стоит также быть ему благодарными, но, к сожалению, дело пришлось немедленно засекретить. Впрочем, теперь, когда Кирилл перестал быть ребенком-волшебником, он наконец-то получит за свой подвиг заслуженную награду.

— Что?! — ахнула Ксюша. — Кирилл перестал быть ребенком-волшебником?!

— Именно. Так же, как я, он избавился от Проклятья и стал полноценным магом. К счастью, его сердце осталось при нем и, как заверили меня наши медики, работает великолепно. Сейчас расскажу, как это получилось.

Дальше Аркадий развернул еще более эпическое полотно моего боя с Тенью и триумфального возвращения в Лиманион с сердцем на перевес. Помнится, я вспоминал Данко? Куда там Горькому! То есть, стиль изложения, может, и похуже, но пафосом его Аркадий точно переплюнул! А девчонки впитывали это, как губки, аж чай пить забыли.

Причем экс-аналитик очень интересно обошел вопрос Марины. Когда Рина припомнила: «Но Кирилл улетел тридцать первого, чтобы представить друг другу каких-то двух людей…», Аркадий покивал и сказал:

— Все верно. Кирилл отправился в Каликию, где, по некоторым данным, находился один очень подозрительный ребенок-волшебник. Он должен был свести его с моим коллегой из Службы внутренней безопасности. Однако гладкого разговора не получилось, завязался бой…

Видите, да? Ни словом не соврал — но вышло так, будто я сразу полетел искать Кесаря, о котором Аркадий якобы знал еще от кого-то!

— Узнаю Кирилла, — фыркнула Ксюша. — Чуть что — сразу в драку!

— А сама-то! — защитила меня Саня.

— Так а я разве говорила, что мне это в нем не нравится?

Общий смех, к которому Аркадий тоже присоединился.

Блин, они что, серьезно? Я же, кажется, сама выдержанность! Зря на рожон не лезу… Просто вечно мне везет оказаться в разных интересных местах в разное интересное время. Знакомства у меня такие… Примечательные. Начиная с собственной матери, которая работает на режимном объекте.

Аркадий между тем продолжал:

— У Кирилла не было другого выхода, он спасал ребенка-волшебника, на которого тот подозрительный тип напал. К счастью, он вспомнил об одном из механизмов Проклятья — Суде Творца…

Дальше он рассказал и про Теней, и про вырванное сердце, и про то, как я принес это сердце в Лиманион и как оно отлично подошло в качестве транспланта, буквально за сутки восстановив Аркадию здоровье.

— Это куда больше, чем я мог рассчитывать даже в самых смелых мечтах, — очень серьезным, искренним тоном добавил теневой маг. — Даже если бы имплант, который разрабатывала моя медицинская команда, отработал бы идеально, мое здоровье все равно уже было слишком подорвано. В самом лучшем случае я протянул бы еще два-три года, вряд ли больше. И уж точно такую жизнь нельзя было бы назвать полноценной. А теперь — сами видите! — он развел руками.