Пол был вымощен треугольными плитами, и по центру его имелась огромная, мелкоячеистая решётка, в которую стекали остатки хлынувшей из тоннеля воды.

В помещении находились несколько шкафов и длинных столов, которые также были покрыты плесенью. На них лежали колбы и пробирки, реторты, перегонные кубы, склянки с давно испортившимися веществами, и другие алхимические инструменты и устройства.

На полках шкафов стояли книги, страницы которых слиплись от влаги. Некоторые книги были истёрты до такой степени, что названия не читались.

Это была старая алхимическая лаборатория.

— Знаешь, на что это похоже? — спросила Илона.

— На тайную мастерскую Пеля?

— Точно!

— Угадывать у меня всегда хорошо получалось…

Мы прошли мимо заваленных старыми алхимическими инструментами столов — они оказались установлены полукругом.

— Смотри! — Илона подошла к центральному столу.

На нём мерцал небольшой магический купол, под которым лежала записка, и три странных металлических штуки — золотая, серебряная и бронзовая.

— Это что, наконечники для стрел? — удивился я, наклоняясь над куполом, — Какие-то большие…

— И записка! — выдохнула Илона, — О боги, надеюсь, это рецепт! Оно стоило того! Стоило искупаться в ледяной воде и едва не задохнуться, чтобы…

Я осторожно исследовал барьер — и сразу понял, что это просто вакуумный купол, точно такой, какой я использовал, когда рассеивал проклятье на книге Пржевальского.

Абсолютно безопасный.

— Ну хотя бы здесь без приколов, — хмыкнул я, отряхнул руки от влаги, осторожно достал листок и показал его Илоне.

— «Ищите там, где Нева встречает море, где корабли уходят в вечность», — прочитала она вслух, — Проклятье!

— Да честно говоря, я и не рассчитывал, что всё будет так просто, — вздохнул я, — Твой сколько-то там раз прадед явно был большим любителем загадок… Есть идеи?

— Конечно, — только что злившаяся подруга вдруг улыбнулась, — Думаю, речь о стрелке Васильевского острова!

— Там ростральная колонна?

— Да. Думаю, там мы найдём что-то ещё… Но что это? — Илона указала на три странных наконечника, которые я крутил в пальца.

Они были в ладонь длиной, холодными и тяжёлым, с вытравленными узорами, в которых я чувствовал магию.

— Не знаю, — признался я, — Похожи на наконечники, и в них точно есть магия.

— Да, её я тоже чувствую… — призналась подруга.

— Думаю, они нам пригодятся, но… Сейчас трудно сказать — зачем.

— Ладно… — вздохнула Илона, — Давай осмотримся? Может найдём ещё что-то полезное?

Но ничего полезного в этой дыре мы больше не нашли — всё остальное, что имелось в лаборатории, пролежало в этой сырости около трёх сотен лет без магической защиты, и давно превратилось в труху и хлам.

Зато за одним из шкафов мы обнаружили проход и узкую винтовую лестницу, ведущую наверх. У очередной каменной плиты, нависшей над головами, я приметил выступающий камень.

— Надеюсь тут всё работает, и возвращаться не придётся.

— Надеюсь, даже если так, никто не заметил, что в императорской усыпальнице мы нашли тайный ход… За такое по головке не погладят.

— Кто-то вроде говорил, что имеет полное право на наследие предка, и всё такое?..

— Но разбирательства с архитектурной полицией хотелось бы избежать.

— Нет такой полиции, ты только что её придумала!

Я нажал на булыжник… Секунду-две-пять — ничего не происходило.

— Так, видимо, всё-таки придётся шлёпать по тому тоннелю…

КККРРРАХ!

С жутким скрежетом заработал какой-то механизм, и плита над нашими головами начала медленно сдвигаться.

Вопреки ожиданиям, через открывшуюся щель не ударил яркий свет, ослепив меня, а в ноздри не ударил свежий воздух.

Было почти также темно.

Выбравшись наружу, я помог выбраться Илоне и огляделся. Мы оказались в подвале! Ну хвала Эфиру, не очередное тайное логовище! Через узкие, мутные окна под потолком пробивался солнечный свет, вокруг валялись груды всякого мусора.

Тайная плита снова заскрипела и встала на место — без единого зазора, так ровно, что и не поймёшь, что тут что-то есть.

Лёгким магическим щелчком я выбил дверь и мы, наконец, оказались на улице — во дворе-колодце. Мокрые, грязные, в ободранной одежде — но довольные собой донельзя!

Связь сразу заработала и, выйдя на улицу, я понял, где мы оказались — где-то посередине первой линии Васильевского острова.

— Ого! — удивилась Илона, — Далеко же мы протопали под землёй. Или под водой? Технически, как будет правильно?