— Можно сказать и так.

— Отвечая на твой первый вопрос — Анэтик дал мне бессмертие.

— В каком смысле?

— Теперь мне не нужно опасаться, что тело погибнет. Ведь я… Могу менять их. По желанию. С разными способностями и возможностями. Поначалу было трудно, больно и страшно, но теперь… Это не более, чем сделать вдох.

— Вот как? — нахмурился я, — Значит, ты просто занимаешь тела других людей?! И та девчонка…

— Все мы не без греха, — насмешливым тоном произнёс некромант, и мне тут же захотелось ударить его.

— Что, не одобряешь?

— Не одобряю.

— Но сделать ничего не можешь… И не сможешь, Марк.

— А это твоё воплощение, — я указал на чернокнижника пальцем, — Она физическая? Что прячется под этим балахоном? Ты возвращаешься в этот вид, когда чужое тело тебе больше не нужно? Кто ты теперь? Призрак, дух? Энергетический паразит?

Я хотел вывести некроманта из себя, проверить, насколько он хладнокровен. Быть может — разозлить, и воспользоваться его эмоциями против него самого…

Но долбаный чернокнижник только рассмеялся.

— Думаешь, я расскажу тебе это? Даже немного обидно, что ты считаешь меня таким недалёким…

— Зачем ты напал на нас? Там, в промзоне? Зачем тебе столько тел?

— Неужели тебя и правда волнуют такие мелочи? — скучающим тоном ответил некромант, — Это мои дела, которые не имею к тебе никакого отношения. А что до нападения… Считай это проверкой, если хочешь. Второй, к слову.

— Второй?

— Видишь ли… Моя способность, как бы объяснить на твоём языке… Тоже подвержена «прокачке». Она комплексная и сложная, и… Благодаря навыкам моего патрона, я могу… Разное.

— Например?

Я понимал, что этот разговор был запланирован чернокнижником — но никак не мог взять в толк, для чего? Но продолжал тянуть время, конденсируя энергию эмоций для удара.

И голова болела с каждой секундой всё сильнее и сильнее…

— Например — он может взять тело, напитать его «нужной» магией — а затем я беру управление на себя. Собственно, так мы и встретились с тобой в первый раз.

— Не понял? — нахмурился я.

— А ты вспомни… Это случилось примерно полгода назад, перед Новым годом.

У меня по спине пробежали мурашки. Тот пожиратель! Оболочка, которую кто-то напитал магией, похожей на мою, а затем в ней не осталось и следа колдовства!

— Вот оно что… — протянул я, вновь бросая взгляд на мирно спящую Илону, — Так это был ты, а не твой хозяин?

— Именно.

— А что же он сам? Не захотел со мной встречаться?

— У него были дела и поважнее.

— Кто же он такой? Ты так и не сказал.

Ответить чернокнижник не успел.

Откуда-то снаружи донёсся низкий, хриплый рык, который заставил меня вздрогнуть.

Некромант резко поднял голову, глядя мне за спину, и я последовал его примеру. За галереей, опоясывающей зал снаружи, мелькнула тень.

— Твои шутки? — отошел, стараясь держаться так, чтобы некромант не оставался у меня за спиной.

— Ничего подобного, — в его голосе проскользнуло лёгкое удивление, и мой собеседник тоже начал движение по залу, стараясь постоянно смотреть вокруг.

В следующий миг позади нас раздался звон разбитого стекла. Резко развернувшись, я увидел осыпающиеся осколки и пронёсшуюся над нами тушу.

Ветер, поднятый ей, едва не сбил меня с ног!

Дерьмо космочервей!

Тварь заложила вираж вокруг дерева, и с грохотом приземлилась, раскурочив ещё несколько каменных плит. Я почувствовал, как пол под ногами дрогнул.

Чудище было огромным — метра четыре в холке. С крыльями, покрытыми некогда белыми (а теперь будто заляпанными грязью) перьями, телом льва и головой орла. Шкура монстра оказалась покрыта странными наростами — словно опухолями! — а глаза горели зловещим алым светом.

— Грифон, — констатировал я, чувствуя, как в желудке предательски образовался ледяной ком, — И с ним явно что-то не так…

Тварь, мигнув алыми глазами, заклокотала, и из её пасти закапала слюна. Упав на камень, она начала сжигать его.

— Результат экспериментов Пеля, — ответил некромант, и в этот раз я услышал, что его голос стал… напряжённым, — Попытка создать идеальное существо…

— Ага, и в ней что-то точно пошло не так.

— Он заражён… Грязной энергией… Она застоялась в этом пространственном кармане, как в Урочищах… Видимо, крылатый жил здесь очень давно, и изменился, под воздействием среды.