Я чувствовал, как люди напряжены. Чувствовал их опасения — однако ни один из них не боялся.

И это делало им честь.

Быстро преодолев небольшое открытое пространство, мы оказались меж разбросанных стальный контейнеров, разбросанных вплотную к главному цеху.

Я держался сразу за бойцом, и резко сжал ему плечо. Тот мгновенно замер.

— Стой, — я едва успел остановить мужчину, который уже собирался наступить в обычную лужу. Его нога замерла в нескольких сантиметрах над ней.

— Что?

— Ещё одна ловушка…

Обычная, на первый взгляд, лужица воды… Но в ней тоже чувствовались эманации магии.

— Уверен?

Боец посмотрел на закреплённый на запястье сигнальный кристалл. Он ничего не показывал.

— Не двигайся, — прошептал я, осторожно протискиваясь мимо бойца, — Это иллюзия. Если наступить — парализует.

— Проклятые… уроды! — прошептал Новицкий, следующий сразу за нами, — Нужно было взять с собой анималиста и проверить здесь всё какой-нибудь птицей…

— Время не резиновое, — отрезал я, опустился на колени и внимательно изучил плетение, — К тому же, я уже это сделал. Дайте мне минуту…

Лужа оказалась сложной конструкцией, сплетённой из тонких нитей магии, невидимых в темноте. К тому же — двухсоставной. Стоит только наступить в иллюзорную воду — сработает не только «заморозка», но и сигнал. И все бандиты в округе будут знать о нашем присутствии.

Я протянул к плетению руку. Просто высосать магию нельзя — сигналка всё равно сработает.

Хитро…

Пришлось аккуратно разрывать нити плетения, одну за другой, словно распутывая клубок. Пришлось потратить пару минут, но в конечном итоге плетение рассыпалось, и я почувствовал облегчение.

— Готово, — я поднялся на ноги и кивнул Новицкому, — Идём дальше.

В этот раз я пошёл впереди, опасаясь, что подобные сюрпризы могут быть и дальше — но нет. Проходы между контейнерами оказались свободны.

Мы вышли к северо-восточному углу главного цеха, неподлёку от ворот.

Там по прежнему курила пара охранников. Они о чём-то спокойно переговаривались, и явно не ожидали никаких неприятностей.

— Наш выход, — едва слышно шепнул мне один из бойцов, и бесшумно двинулся вперёд. Следом за ним пошли ещё двое, прикрывая.

— Всем приготовиться, — велел Новицкий, — Заходим в здание по команде!

Высунувшись из-за угла, боец поднял винтовку, выждал несколько секунд…

Я даже не услышал звуки выстрелов — глушитель скрал их. В тот же миг от ворот раздался сдавленный стон, и глухой звук падения человека на землю.

— Вперёд, вперёд! — прошипел Новицкий.

Во мне бурлил адреналин, я чувствовал это физически — и жажда боя. Да такая, какую я последний раз чувствовал в битве на планете Байкауэр, когда пришлось в кромешной тьме штурмовать замок Горгульего короля…

На входе валялись двое бандитов. Они оказались живы — из их шей торчали дротики с опустевшими ампулами.

Снотворное…

Внутри цеха царила полутьма, местами рассеиваемая тусклым светом немногочисленных ламп. Проходы между запылёнными станками и производственными линиями были усеяны мусором… На растрескавшемся бетонном полу виднелись масляные пятна и ржавые потёки. Воздух пах ржавчиной, а где-то в глубине слышался лёгкий шум капающей воды.

Взяв под контроль каждое направление, штурмовики рассредоточились и двинулись вперёд на полусогнутых ногах, держа оружие перед собой… В свете закреплённых на гильзах стволов фонарей мелькали пылинки…

В каптёрке справа что-то шелохнулось — и тут же несколько выстрелов повалили на пол ещё двух бандитов.

И всё это происходило почти в полнейшей тишине, нарушаемой лишь мягкими шагами штурмовиков, их дыханием — и приглушёнными голосами, доносящимися со второго этажа.

Оставшиеся бандиты даже не подозревали, что кто-то вторгся на их территорию…

Мы стремительно продвигались между стопками ржавых металлоконструкций, валяющиеся по всему цеху. На противоположной стороне помещения тоже мелькнули лучи фонариков…

— Это наши… — шепнул держащийся рядом со мной боец.

Пройдя дальше, мы встретились со второй группой, и часть штурмовиков разбрелась в разные стороны. Мы же, с Новицким и ещё четырьмя бойцами, тихо поднялись по лестнице, ведущей на второй этаж.

Здоровенное помещение с мутными окнами занимало половину второго этажа. Двустворчатые двери были закрыты — но вряд ли заперты…