Гости начали собираться вокруг, заинтригованные скандалом. Святослав, стоявший неподалёку, изображал смущённого объекта женского внимания.

— Какая нелепость, — парировала Василиса. — Если кто-то и вился вокруг него весь вечер, то это была ты. Пигалица!

Полина сделала шаг вперёд, её лицо исказилось от наигранной ярости.

— Не смей лгать мне в лицо! — она сделала резкий жест рукой, и в этот момент бутылка шампанского на столе буквально взорвалась, обдав брызгами ближайших гостей.

Начался переполох. Охрана, в том числе двое у входа в восточное крыло, поспешила к месту происшествия. Я воспользовался суматохой, быстро отступил в тень и двинулся в сторону запретного прохода.

Полина тем временем превзошла саму себя. Она не просто кричала — она рыдала, обвиняла, угрожала, а потом, в кульминационный момент, изобразила столь убедительный обморок, что даже Василиса на мгновение испугалась, не переборщила ли она с ролью.

— Ей нужен воздух! — закричал кто-то из гостей.

— Врача, врача, позовите врача! — как-то не очень убедительно вторил другой голос.

Под покровом всеобщего смятения я проскользнул в запретную часть здания. Коридор второго этажа был пуст и слабо освещён. Я двигался вдоль стены, прислушиваясь к каждому звуку.

Кабинет ректора найти оказалось несложно. На нём висела самая мощная магическая защита. Магический заслон на дверях был сложнее физического замка — пришлось потратить немного энергии на его нейтрализацию.

Внутри меня ждало просторное помещение с массивным столом, книжными шкафами и большими окнами, задрапированными тяжёлыми портьерами. Я быстро осмотрел документы на столе — отчёты, письма, академические ведомости… Ничего подозрительного на первый взгляд. Выдвинув верхний ящик стола, я обнаружил личную печать ректора, несколько флаконов с чернилами и стопку пустых бланков за подписью Горевского.

Поняв, что нужно что-то менять, я активировал заклинание Эхо Камня. Планировка здания мгновенно сформировалась в моей голове.

Я закрыл веки, полностью сосредотачиваясь на ощущениях. Каждая вибрация, каждый звук, каждое движение преобразовывались моим разумом в чёткую картину. Я видел тоннели, залы, переходы и лестницы, словно просматривал объёмный план здания.

Тайный проход за книжным шкафом… Нестареющая классика прямиком из дамских романов Полины.

Пришлось перебрать несколько книг, прежде чем, нажав на корешок одной из них, я услышал тихий щелчок — секретный механизм сработал, и часть шкафа отъехала в сторону, открывая узкую лестницу вниз.

Спускаясь по крутым ступеням, я ощущал, как воздух становится более затхлым. Внизу оказалось подвальное помещение, освещённое тусклыми магическими светильниками. То, что я там увидел, заставило меня мгновенно собраться: лаборатория с причудливыми приборами, колбами, кристаллами Эссенции и… камерами для пленников, встроенными в стены.

В одной из них я заметил человеческую фигуру. Подойдя ближе, я увидел молодого мужчину, прикованного за ногу цепью к стене. Худощавый юноша лет девятнадцати-двадцати выглядел мягко говоря, не очень. Его щёки покрывала редкая юношеская щетина, а под левым глазом расплывался свежий синяк.

Светло-русые волосы слиплись от пота, свисая неопрятными прядями на загорелый лоб. Крупные черты лица покрывали следы ожогов и царапин, но в светло-карих глазах ещё сохранялась жизнь. Некогда белая рубашка превратилась в серую тряпку с рваными краями, а на манжетах виднелись пятна, подозрительно напоминающие засохшую кровь. Когда наши взгляды встретились, в его глазах блеснула искра надежды, быстро сменившаяся настороженностью.

— Вы… не от ректора? — хрипло спросил он.

— Нет. Александр Зарецкий? — больше интуитивно, чем осознанно спросил я, оценивая замок.

— Да, — он закашлялся.

Я уже готовился взломать замок, когда мы оба услышали это — шаги и голоса, эхом разносящиеся по каменному коридору. Они приближались, и судя по звуку, это была не одинокая фигура, а целая группа людей.

Звук шагов отражался от каменных стен, усиливаясь по мере приближения группы. В пространстве перед камерами располагалось две двери, одна вела в кабинет хозяина особняка для быстрого доступа, вторая уходила горизонтально, вероятно, в сторону подвального хранилища, обеспечивая еще одну возможность попасть в темницу.

Не теряя времени, я отступил в тень у двери, уже формируя в голове план действий. Адреналин разливался по венам, обостряя чувства до предела. Каждый мускул в теле напрягся, готовый к резкому выбросу энергии.

— Чёрт бы побрал этого сосунка, — раздался низкий мужской голос. — Из-за него приходится спускаться в эту затхлую дыру вместо того, чтобы наслаждаться шампанским наверху.

— Тише ты, Егор, — второй голос звучал раздражённо. — Хочешь, чтобы хозяин тебя услышал? Мигом вылетишь с работы.