Проверка показала, что так оно и есть. Поэтому мы спешно закрыли двери, оценили обстановку, поняли, что тут время от времени останавливаются люди. И вообще: похоже, этот дом местные вояки используют для «самоволок» и встреч с дамами сердца. Да и дорога протоптана к этому хутору вполне очевидная. Уходить отсюда или нет — хороший вопрос. С одной стороны — риски быть обнаруженным. С другой — я отдохнуть и есть хочу. Второе даже больше.

— Так, ладно. Тебе отоспаться, мне поесть и почитать что-нибудь. Утром уходим, — скомандовал я и отправил элек в разведку. Предупредят, если к нам кто-нибудь решит заглянуть на огонёк.

— Бегать, наверное, очень неудобно, но висеть на тебе — тоже тяжело! — призналась Анна. — Постоянная тряска. Особенно после той заминки. У меня ощущение, что я себе всё отбила…

— Бывает. Бежать ещё один день осталось. Сама понимаешь, пришлось сделать сильный крюк, запутывая следы. Они же не дураки. Понимают, куда мы направляемся, — сказал я, доставая колбаску, хлебушек и сыр.

— Естественно, я всё понимаю. Хотя ты сделал всё, чтобы я мозги вытрясла напрочь. Первый бутерброд, вообще-то, уступают леди! — потребовала она мою вкусняшку.

— Как хорошо, что здесь нет ни одной леди, — не поддался я на провокацию. — Вот хлеб, вот колбаса, вот нож.

— Какой ты вредный! Я не знаю, как мы завтра побежим. Я вся в синяках как будто.

— И что мне, массаж тебе сделать восстанавливающий? — ухмыльнулся я.

— О! Было бы неплохо! — не особо скрывая своих намерений, заявила Аня, и я поперхнулся бутербродом: уже и кофту стянуть успела, и майку…

— Ой, я лифчик забыла надеть! — смутилась она, неловко пряча свои маленькие прелести и неспешно отворачиваясь.

М-да… А ещё вчера убить меня была готова.

— Я… — только поднялся и хотел было её отчитать, как вдруг замер. Ветерок залетел в дом и сказал, что к нам едут гости. Причём не со стороны того лагеря, а со стороны леса.

— К нам гости, живо на чердак!

Я быстро спрятал всё, что успел достать, обратно в сумку, подхватил свои вещи и ринулся к старой лестнице.

— Кто там идёт? — отреагировала она только тогда, когда мы уже были наверху и смотрели на «гостей».

— Местные.

Военная машина мчалась весьма шустро, и убраться из дома шансов не было. Надо просто затаиться и переждать.

Чердак был не только очень пыльным, но и забит всяким хламом. А ещё очень сильно скрипел… Мы заняли удобное место за кучей хлама, и стоило гостям заглушить двигатель, как до нас донёсся весёлый девичий смех и голоса парней.

— Девчонки, у нас целых пять часов. Так что до самого утра развлекаться будем!

«Девчонок» я не видел, но, может, оно и к лучшему. Я их слышал, и услышанное мне не понравилось. Какие-то проститутки гарнизонные. А ещё я видел испуганные глаза Анны, когда они стали входить в дом, и рывками вздымающуюся грудь, закрывающиеся глаза, открытый рот. Да она ж сейчас чихнёт и привлечёт внимание стоящих у входа в дом бойцов и профурсеток!

Рывком, пока скрип досок ещё не до них не доходит, я сблизился с Аней и рукой закрыл ей рот, не давая ей выдать нас. И вовремя. Реакция не подвела. Руки Ани лишь через миг легли на мою.

А через миг в дом зашла желающая повеселиться компания.

— Саш, а ты точно на мне женишься?

— Точно, Светка, точно!

Блин, почему разговаривают они, а стыдно за их разговор мне?..

Парочки разбрелись по комнатам, и уже через пять минут я услышал звуки, от которых мне захотелось стать глухим.

— Не прижимайся ко мне… — прошептала Аня.

— Ты почему майку не одела? — начал я убирать руки, только вот смена центра тяжести заставила половицу скрипеть, и мне пришлось вернуть и на место.

Так мы и просидели в обнимку практически до утра. И лишь когда эти «стражи» выбрались на улицу перекурить посреди ночи вместе со своими избранницами из ближайшего города, удалось занять места поудобнее.

— Раздражают они… Не поспать, не самим развлечься…

— Развлечься?

— Ой… Не поесть! Я хотела сказать — поесть. Дай водички.

Я достал ей воды, отмечая оговорку. Ещё спустя десять минут под стоны и крики — очень фальшивые, хочу заметить — она уснула у меня на груди. Сама прильнула и уткнулась носом.

Как же всё-таки сложно, когда ты не сам по себе. Но сам вызвался спасти её и вернуть отцу. Сам вызвал переполох и решил запутать преследователей. Сам выбрал этот дом, а не посреди леса в палатке решил заночевать. И, надо сказать, ни о чём не жалею.

В этом мире, несмотря на все нюансы и мои обязанности, я чувствую себя словно в отпуске. Нет жутких мутантов и тварей, нет магических аномалий, нет людоедов и прочей нечисти, которыми кишат пустоши да руины городов. И мне не приходится часами сидеть на берегу ручья, отмывая свои руки от крови. Редкая возможность. Для меня это спокойствие невероятно ценно.