Если, к примеру, Синицын сообщит мне по магической почте, что Евгению или Кириллу стало хуже, тогда назад я вернусь уже на грифоне. Но сегодня первый день за последние месяцы, когда я никуда не спешу. Наконец-то могу хотя бы ненадолго расслабиться.

Иногда полезно оставаться в полном спокойствии наедине с собственными мыслями. Это помогает мозгу избавиться от скопившегося информационного шума и разложить все важные знания по полочкам.

К примеру, лишь в поезде я вспомнил о том, что мне так до сих пор и не пришло заключение ордена лекарей на тему регистрации моего патента. Рентген-аппарат они, как я понял, приняли, но пока что ничего мне не передали. Наверное, сравнивают мой рентген и УЗИ Павлова, чтобы понять их основные отличия.

А между тем мы до сих пор не подвели итоги нашего соревнования. Владимир Харитонович молчит. Видимо, пришёл в шок, когда узнал, что мне удалось создать за столь короткий срок. Думаю, скоро он получит на руки патент и уже после этого свяжется со мной, чтобы решить, победил ли кто-то из нас, или же мы в очередной раз свели всё к ничьей.

Если ситуация с моими недругами хоть немного устаканится, я с радостью посоревнуюсь с Павловым ещё раз. Чем больше мы создадим прорывных изобретений, тем лучше будет уровень жизни в Российской Империи. Таким макаром у нас реалии двадцать первого века наступят ещё в самом начале двадцатого столетия.

В Хопёрск я прибыл поздним вечером. Уже успело стемнеть, поэтому я решил не заявляться к Елиным посреди ночи и сразу же направился в ближайший отель. Несмотря на то, что город маленький, заведения для путников здесь имелись, и один из таких отелей находился как раз неподалёку от вокзала.

Ощущения от возвращения в почти что родной город я испытал невероятные. Прошло чуть больше месяца, а мне казалось, будто я не возвращался в Хопёрск уже несколько лет. Слишком уж много событий произошло в Саратове за этот срок.

Пройдя по узким улочкам до отеля, я успел встретить несколько знакомых людей. Все они когда-то были моими пациентами. Многие меня узнали, но не решились поздороваться, поскольку среди горожан до сих пор ходили слухи, будто я не вернулся из Тёмного мира. А Хопёрск — город маленький. Здесь слухи — это основное развлечение для местных жителей. Для них они даже интереснее, чем свежие статьи в газетах.

Переночевав в отеле, на следующее же утро я направился к особняку Елиных. Сегодня суббота, так что Анна Иннокентьевна не должна находиться в амбулатории. По крайней мере, когда я увольнялся, средний лекарский персонал по выходным ещё не работал. Но это — лишь вопрос времени. Когда-нибудь и их заставят дежурить вместе с лекарями.

В моём мире так было всегда, особенно в стационарах. Там медсёстры чаще всего работали по графику «сутки через сутки». Двадцать четыре часа дежурит одна, затем первая уходит отсыпаться, а на смену ей приходит вторая. Сумасшедший режим жизни! Но я всегда видел в нём какую-то едва уловимую романтику. Со временем люди привыкают к такому ритму, учатся спать чуть ли не стоя и уже не испытывают ярко выраженного дискомфорта из-за хронического недосыпа.

Помню, когда я был ещё совсем молодым врачом и впервые пришёл в стационар, коллега сказал, что мне нужно научиться засыпать в любое время суток.

К примеру, часто бывало такое, что меня посреди ночи будит медсестра, я бегу в приёмное отделение, откачиваю экстренного больного, который уже практически одной ногой в гробу, а потом возвращаюсь в ординаторскую и снова засыпаю, будто ничего и не было.

Для людей, которые никогда не работали в этой сфере, всё это может прозвучать абсурдно. Но никак иначе выжить в этих условиях не получится, приходится адаптироваться. Иногда даже приходилось просыпаться посреди ночи и шагать в реанимацию, чтобы констатировать смерть пациента, а затем снова ложиться спать.

Ко всему человек привыкает. Те же патологоанатомы вообще часто обедают неподалёку от морга. И для них это воспринимается чем-то абсолютно нормальным.

Около главного входа на территорию Елиных меня остановили охранники. Я объяснил ситуацию и попросил позвать кого-нибудь из дворянской семьи.

В итоге уже через пять минут около ворот появилась Анна Елина и приказала охранникам меня впустить.

— По вам можно часы сверять, Алексей Александрович, — приветственно кивнув, произнесла девушка. — Сказали, что прибудете сюда ровно через четыре-пять дней, в итоге так оно и случилось.

— Если я дал обещание, значит, обязательно его сдержу, — ответил я. — У меня не было иного выбора. Лучше расскажите, как себя чувствует ваш отец?

— Совсем сплоховал. Ведёт себя неадекватно, антибиотики почти не помогают, — помрачнела она. — И Павла с нами уже нет целых три дня. Его временно заперли в полицейском участке до выяснения обстоятельств.

Точно, а ведь Павел говорил, что отец подозревает, будто это он его отравил. Но как ни крути, а на отравление это совсем непохоже.