— Ладно-ладно, — закивал мастер.

Его явно испугала моя реакция, но он не понимал нескольких вещей, которые моментально всплыли в моей голове. Во-первых, то, что мне только что показал Захаров — это не просто забавный эксперимент с искусственно запущенным сердцем. Это — мощнейший прорыв. Ещё одно потенциальное изобретение, до которого я думал добраться гораздо позже.

А вторая причина моего поведения вытекает из первой. Владимир Павлов может следить за мной всю эту неделю. Не удивлюсь, если он даже переоденется в нового сторожа или заглянет ко мне в квартиру в качестве городового или проверяющего от лекарской академии. Павлов готов пойти на любые ухищрения, лишь бы меня переиграть.

Как только я завёл Захарова в свою квартиру и запер дверь, мастер вновь достал заведённое сердце.

Я достал тарелку из шкафчика, и мы уложили на неё ожившее свиное сердце.

— Как вы это сделали? — спросил я.

— Так я же уже пояснил вам, Алексей Александрович, — пожал плечами Захаров. — Пытался сделать ваш… энтот… Как его там? Де-фи-бри…

— Дефибриллятор, — закончил за него я. — Но вопрос не в этом. Как вы поняли, куда нужно подключить электрод?

Сердце завести не так уж и просто, если не знать, куда конкретно нужно подавать ток. Приложить к миокарду оголённые провода, находящиеся под напряжением, может любой дурак. Но не каждый способен найти правильные точки и подобрать нужную частоту.

Захаров же прикрепил небольшой кристалл с металлическими электродами прямо на правое предсердие, где находится синусный узел. Свиное сердце почти ничем не отличается от человеческого, анатомия у них схожая, так что можно уверенно сказать, что точно такой же эффект проявится и на сердце человека.

— Откуда вы узнали про синусный узел? — спросил я.

— Какой-какой узел? — вновь не понял меня Захаров. — Если вы про положение кристалла, то это мне подсказали господа Сеченов и Лебедев. Я решил с ними посоветоваться. Не знаю, стоило ли это делать. Я думал, что вы не будете против.

Сеченову с Лебедевым доверять можно. Они точно никому не сольют информацию о новом открытии.

Готов поспорить, что больший вклад сделал, как ни странно, именно Игорь. Ведь это ему я во всех подробностях рассказывал, как работает человеческий организм, включая сердце и его проводящие пути.

Синусовый узел — это точка, которая является главным источником «электричества» в сердечной мышце. Его также называют водителем ритма. Именно он задаёт темп и порядок работы так, чтобы предсердия и желудочки сердца сокращались и расслаблялись в строгой очерёдности.

Только через него можно запустить столь сложный механизм.

— Вы приняли верное решение, мастер Захаров, — улыбнулся я. — То, что вы видите — это ещё одно изобретение, которое мы сможем представить на соревновании.

— А в чём его соль? Вы хотите сказать, что мой кристаллик сможет воскрешать людей из мёртвых? Заводить им сердца? — удивился Захаров.

— Нет, — помотал головой я. — Мы с вами учёные, и уж никак не некроманты. Но это изобретение, если его правильно откалибровать, сможет помочь огромному количеству людей. Оно называется «кардиостимулятор».

Механизм, который вживляется в грудную клетку пациента, страдающего от неизлечимых лекарственными средствами нарушений ритма. Блокады, асистолии, брадикардии и многие другие состояния, при которых сердце замирает или останавливается на короткий срок.

Всё верно… Именно в такой последовательности и нужно было создавать эти аппараты. Сначала ЭКГ и справочник для него, затем дефибриллятор и кардиостимулятор. Практически полный боекомплект для любого лекаря-кардиолога.

— Вы привезли с собой кого-нибудь из помощников? — спросил я. — Почти все мои изобретения будут связаны с электричеством. Думаю, в одиночку вы не справитесь. Работать придётся быстро, на глазах у большого количества людей.

— А как же! — воскликнул Захаров. — Двух ребят привёз из Хопёрска и ещё одного старого коллегу подберу в Саратове завтра.

— Люди надёжные? — уточнил я.

— Я бы им свою жизнь мог доверить. Этого достаточно?

— Пожалуй, да, — кивнул я. — Итого в нашей команде будет шесть человек. Я, Светлана Бронникова, с которой вам уже довелось познакомиться при создании рентген-аппарата. И трое ваших напарников.

Тут я осознал, что у нас уже планируется даже не одно, не два изобретения, а целых три разом! Дефибриллятор, кардиостимулятор и теоретическая концепция работы скорой лекарской помощи.

И теперь я начинаю понимать, что Павлов тоже может попробовать перехитрить меня именно таким же способом. Взять не качеством, а количеством изобретений.

Не может быть, чтобы я один догадался до такого. Если он представит аппарат на уровне УЗИ или рентгена, я буду в проигрыше. Орден лекарей, скорее всего, выберет то, что получится использовать максимально просто и широко.

Значит, нужно сделать ещё кое-что… Да. Точно. Пора добить тему кардиологии и совершить ещё один контрольный выстрел. Произвести настоящий антиаритмик. Препарат, который будет снижать скорость сердца при тахикардиях. Таким образом я захвачу вообще всю сферу кардиологии.