– Хорошо, – кивнул Дит, с тревогой поглядывая по сторонам.

Листья вокруг слегка ускорили своё движение. Незримая сила толкала желтый исполинский поток куда-то вперёд, возможно, к тому самому загадочному Обрыву.

– Быстрее, - Люгер ускорил шаг. – Карта может поменяться в любую секунду.

Шелест вокруг усилился. В лицо подул тёплый ветер, принося с собой уже привычный запах сладковатой гари, будто где-то жгли собранные в кучи осенние листья.

– Вот он фуникулёр, – радостно закричал Килмистер, глядя своим единственным глазом куда-то вдаль.

Дит с трудом смог разглядеть затерянную среди буйной желтизны бетонную площадку и симпатичный, выкрашенный песочной краской домик, от которого вниз, под сильным углом, вдоль увитого плющом горного склона, уходили блестящие узкие рельсы.

Вблизи домик оказался не таким уж и симпатичным. Широкие стёкла выбиты. Каменное крыльцо раскрошилось. Внутри виднелся подпорченный ржавчиной древний пульт.

– Сейчас-сейчас, - свернув карту, Люгер взбежал по выщербленному крыльцу. – Подожди лучше снаружи, пока я его включу.

– А если он не работает? – засомневался Дит.

– Работает-работает, я уверен в этом, - Килмистер уже колдовал над старым пультом, нажимая какие-то разноцветные кнопки. – Сейчас подадим питание. Вот так. Лампы горят зеленым. Это хороший знак. Сейчас-сейчас, пусть слегка нагреется… ну вот пошёл, родимый…

Желтые листья нескончаемым потоком с каким-то тихим змеиным шипением низвергались в бездонную пропасть, открывающуюся чуть правее рельс с бетонной площадкой. Зрелище было завораживающим и необычайно красивым.

– Рано расслабляться, – в разбитом окне появился ухмыляющийся Люгер. – Готовься, запускаю!

Бетонная плита под ногами несколько раз ощутимо содрогнулась. Заработал мощный двигатель, приводя в движение перекинутый через шкив и уложенный между опорными рельсами канат, на концах которого были жёстко закреплены два вагона. Стальные тросы со стоном натянулись. Завращались зубчатые колёса. Вдалеке показался светло-голубой дребезжащий состав.

– Идёт как миленький, - Килмистер выскочил наружу. – Честно говоря не думал, что мы сюда доберёмся. И надо же, всё-таки дошли. Спасибо карте. Повезло, что она попала к нам в руки.

Вагоны со скрипом приближались, раскачиваясь из стороны в сторону.

– Я не понимаю тех людей, которые считают, что если что-то игнорировать, то оно исчезнет само собой, - сказал Люгер, щурясь на ласковом осеннем солнце. – Ничего подобного… если делать вид, что этого не существует, то оно только наберёт свою силу.

Вагоны приближалась к верхней станции.

– Сейчас остановятся, – предупредил Килмистер, закуривая сигару.

С тихим лязгом вагоны затормозили, замерев на бетонной платформе. Разошлись в стороны прямоугольные двери. Внутри было пусто, если не считать идущие вдоль окон мягкие сидения и высохшие увядшие листья, нанесённые ветром. Облупленные стены были исписаны странными надписями. В основном то были даты и имена. Почерк казался разным. Царапали чем-то острым.

– Вот ты только полюбуйся на них, - расхохотался Люгер, по хозяйски заходя в остановившийся фуникулёр. – Обязательно надо свой след в истории оставить. Руки, так сказать, сильно чесались. Пещерные рисунки неандертальцев.

Дит зашёл следом, с интересом изучая многочисленные надписи. Судя по тому что он читал, воспользовавшиеся фуникулёром люди, рассчитывали найти по другую сторону своих близких. Многие писали о том, что вот, наконец, они добрались до Мандира и все их беды и страхи давно позади. Кто-то просто оставил своё имя, кто-то подбадривал тех, кто будет читать его запись, пройдя по тому же пути. Надежда. Радость. Облегчение. Вера в благополучный исход.

А что если все эти пассажиры обманывались?

– Лучше не смотри вниз, - посоветовал Люгер, видя как Дит заглядывает сквозь окно за борт кабины. – Там нет ничего интересного, но если долго вглядываться, то затянет…

– В смысле затянет?

– Прыгнешь.

Двери автоматически закрылись и вагоны медленно поехали по рельсам вниз.

Вскоре вдалеке обозначился противоположный край Обрыва и нижняя станция фуникулёра. Килмистер вытащил сильно дымящую сигару изо рта и задумчиво посмотрел на Дита.

– Мой вокал всегда требовал курения, - немного виновато сообщил он.
– Это часть важной подготовки. Я должен курить, поскольку если не буду этого делать, пострадает мой голос. Я не могу выполнять свою работу, если не буду регулярно выпивать и курить.

Кольца дыма красиво поднимались к низкому потолку вагона.

– Слушай, а у тебя билет-то есть? – неожиданно спросил Люгер и даже вытащил изо рта сигару. – Я ведь должен был раньше у тебя об этом спросить, но как-то вылетело из головы.