Разумеется, я знал новейшую историю, как и все, собравшиеся за столом. Да и застал окончание двадцатилетней войны с Османской империей, которую Британия активно накачивала оружием. После окончания этой войны, в которой мы наказали зарвавшихся турок и показали Западу кузькину мать и отца в придачу, крупный и средний бизнес в стране подкосило изрядно. Вот и получилось то, что получилось.

— Это верно, не проживёшь, — подлил себе ещё шампанского Павел.

— Да всё правильно сделал наш император, — произнёс Даниил. — Перевёл большие предприятия на военные рельсы. Но ведь нужно было компенсировать спрос на технику и прочее. Стране грозил товарный дефицит. Вот государь и заключил экономический союз с Китаем.

— Ну и что твой Китай? — ухмыльнулся Макс. — Нормально, что в Империю хлынул поток техники, автомобилей, мебели и даже вот такой херни?.. — Ковалёв откинул от себя открыватель банок. — Малый и средний классы довольны, задача решена. Главное — дешевле, чем у нас.

— Да и наши сейчас делают довольно бюджетные товары, — ответил Иван.

— Ваня, ты не понимаешь, — Макс наклонился над столом, округлив глаза. — Отец запустил бюджетные линейки бытовой техники. А толку? Провалился напрочь! Просто наш народ привык к китайским брендам, понял? А производство не будет ждать, когда же это люди начнут привыкать к нашей продукции.

— Макс, да всё я понимаю… — попытался вставить слово Иван.

— Да подожди… Вот представь, заходит малообеспеченная семья в магазин в поисках дешёвого холодильника. О, «Сунь Впень», берём. Консультант говорит — вот, возьмите, люди добрые, новый отечественный. «Волжанка» называется… с двумя чудесными морозильными камерами. Двойные трубчатые и очень прекрасные мано-генераторы. Нет, говорят, у нас был до этого «Сунь Впень», и мы знаем эту марку. А свою «Волжанку» запихните знаете куда? Вместе с двумя камерами. И вон теми самыми трубчатыми пропихните…

Все начали смеяться, и я не выдержал. Но как бы ни было смешно, он прав, так оно всё и есть на самом деле. Прям и добавить нечего.

— Тут плакать надо, а они смеются, — пробормотал Макс. — Что за люди?

— Да ты так забавно рассказал, что даже Софья вон, улыбается, — хохотнул Иван.

— Это и смешно, и грустно. Максим ведь прав, — ответила Софи. — Народ привык, с этим ничего не поделаешь. Тут нужно либо сразу закрывать границы от потока китайских товаров, либо постепенно их прикрывать и заниматься импортозамещением.

Вариантов решить эту проблему было много, и государство активно этим занималось. Постепенно повышало торговые пошлины. Облегчало налоговую систему для отечественных производителей. И это только верхушка айсберга.

Но сам процесс этот небыстрый. А потому аристократические рода еще долго будут подниматься с колен. Ведь, по сути, многие бизнес с нуля выстраивают.

— Ага, ты это нашим министрам расскажи в Совете, — хмыкнул Павел. — Которые на этом бабки заколачивают.

— Не все такие продажные, как ты думаешь, Паша, — произнёс я.

— Да все, поголовно, стажёр… тьфу ты… Александр, — засмеялся некромант. — Рука руку моет. Причём руки эти мохнатые. Взяточники паршивые.

— Больше всё-таки честных и порядочных, — с укором взглянула на него Анна.

— Ага, порядочных сволочей, — ответил Павел, закидывая в рот очередной кусок помидора. — У меня дядя так встрял. Автомобильный завод забрали во время войны и сделали из него… что бы вы думали? Завод по производству боевых артефактов. А потом вернули — и толку от этого? Тачки наши уже не в ходу, многое надо перестраивать. И субсидии из имперской казны — мизерные. Ну и вишенка на торте — взятки требуют за серьёзные выплаты.

— Что за серьёзные выплаты? — удивился Макс.

— А к твоим не приезжали разве? Министры, мать их, — ухмыльнулся Павел. — Дядя Толя рассказал мне, как один такой предлагал сделку. Вроде того, что кинь мне в карман сумму с пятью нулями, а мы тебе раз в сто больше поможем выбить из казны. Дядя, наивный, возьми и дай на лапу.

— И больше их никто не видел, — горько ухмыльнулся Макс.

— Ну да, и подтереться только той бумажкой, что дядя подписал, — хмыкнул Павел. — А вы говорите «порядочные».

— При всём уважении к твоему дяде, — ухмыльнулась Софья, — я бы не отдавала деньги под честное слово.

— Ты ничего не понимаешь. Человек, находящийся на грани банкротства, и не такое подпишет, — хмуро ответил Павел.

— И что, разорился твой дядя? — спросил Иван.

— Не, какой там. Сейчас перегоняет из Китая автомобили, крутится как может, в общем. Причём сам вылез, без помощи государства, — произнёс Павел. — А если бы сидел, как родители Макса, было бы то же самое.

— Макс, у тебя вообще там всё безнадёжно? — удивился Иван. — Два больших завода — уже неплохо, даже в этот кризис.