— Направь людей в императорские оружейные — пусть наберут по два-три экземпляра огнестрельного оружия, — велел я. — Также пусть прикатят двухцуневое оружие во внутренний двор.

— Плохая идея, — сказал наставник Канг.

— Не самая плохая, — не согласился с ним наставник Люй. — Мир изменился — юся тоже должны.

Мастер Фэн же просто кивнул.

Первой моей мыслью было вернуть мой княжий меч мастеру Гао, но потом у меня появилась идея получше…

— А вот это я прошу передать мастеру Гао, — попросил я, снимая пояс с револьверами. — Пусть изучит их — я уверен, он разберётся.

— А тогда вот эти штуки прошу передать мастеру Бао! — спохватился Маркус и снял свой пояс. — Этими штуками была убита сама Моргана, мать её ебал…

Мастер Фэн посмотрел на него, даже начал поднимать руку, но затем передумал.

— А вот это, пожалуйста, наставникам Кангу и Люю, — произнесла Сара и сняла пояс со своими револьверами калибра 6,7 миллиметров. — Не могу похвастаться тем, что убивала из них кого-либо, но это хорошее оружие.

— Ц-ц, — цокнул Маркус ближайшему слуге. — Слетай в мои покои, вслед за тем — принеси все патроны.

— Зачем нам это оружие? — спросил мастер Фэн.

— Это благодарность от нас, учитель, — ответил я и поклонился. — И Храм должен меняться — и вы вместе с ним.

Пока есть шуяо, будут нужны юся. И что-то мне подсказывает, исходя из гиперадаптивности шуяо практически ко всему, воевать с ними предстоит долго…

— Поторопитесь со своими подарками, — попросил мастер Фэн. — Нам скоро уходить.

— Скоро всё будет, — заверил его я. — Пройдёмте во внутренний двор.

Посреди сада, на площадке у фонтана, в течение получаса, собралась целая гора из ящиков.

Наставники расчертили брусчатку, а мастер Фэн открыл портал.

Канг и Люй быстро перекидали ящики в окно портала, а затем вошли в него сами.

— Ждите нашего прихода и будьте готовы, — велел мастер Фэн и тоже исчез в портале.

Портал закрылся и больше ничего не напоминало о приходе людей из Храма…

— Ебать, ниггер… — прошептал Маркус, а затем обернулся к нам. — Вы знаете, что это значит?!

— Мы едем домой! — улыбнулся я.

— Да, мы едем домой… — без особой радости произнесла Сара.

*2920-й день юся, Поднебесная, имперская провинция, г . Юнцзин, Дворец Тёплого Лета, императорские покои*

— … не будем разводить официоз, — попросил я и протянул ножны с княжьим мечом. — Он слегка повреждён и повреждение это, к сожалению, неустранимо. Но зато оно напоминает о дне, когда мы с Маркусом завалили Моргану. И, в общем… Этот меч теперь твой, Реншу.

— Мой?! — до крайности удивился он. — Но это же… Я не могу…

— Мне, как ни крути, всё равно уходить, — поморщился я. — В моём родном мире такому оружию не место, даже если бы я мог забрать его с собой. Пусть этот меч послужит Поднебесной — в твоих руках.

— Это огромная честь, учитель! — заулыбался Реншу. — Я сделаю его династическим оружием! Я передам его своему первенцу, а тот передаст его своему!

— А для меня огромная честь в том, что моё боевое оружие будет носить сам Сын Неба, — улыбнулся я. — Эта мысль будет согревать меня.

— Как же мне не хочется расставаться с вами… — сказал Реншу, а затем крепко обнял меня.

— Мне тоже, — сказал я. — Но таков Путь.

— Таков Путь, — согласился император.

Всё, что нажил за эти годы, оставляю здесь.

И вещи, и силы.

Но то, что я заберу с собой — очень богатый жизненный опыт и воспоминания.

— Мне нужно идти — осталось несколько дел, — сказал я и направился на выход из императорских покоев.

Меня слишком растрогало всё это, поэтому нужно вернуться в покои и побыть одному.

— Легендарный княжий меч… — вытащил Реншу меч из ножен. — Ох-хо-хо! Он просто прекрасен! И он теперь мой… Ха-ха!

Иду по коридору и стараюсь запомнить каждую деталь. Лица людей, особенности интерьера — я этого больше не увижу никогда.

— Мастер Вэй!!! Вот вы где!!! — выбежал на меня Зонг.

— Что случилось? — спросил я.

— Дракон! — выкрикнул мой бывший пиарщик. — Он закончил и создал реку!

«Охуеть как своевременно…» — подумал я.

Впрочем, с нашей стороны всё уже сделано: в учебники записано подробное описание того, как тяньлун Фэйшаньцзо, из великого сострадания и благородства, свойственного лично ему, решил соединить реки Ду и Ашихэ.

Сделал он это, конечно же, потому что ему небезразлична судьба человечества, а не потому, что у него кризис среднего возраста и ему захотелось всенародного признания…