– Я доверяю вам позаботиться об этом, старший сержант. Продолжайте.

Пока Эллис обращался к мужчинам, Тони подошел к ИГИЛовцам. Аймун кивнул ему и сказал:

– Привет, мой друг.

– Мы не друзья, мы враги. Поэтому вы должны идти своей дорогой, а мы - своей.

– Ты отпустишь нас?

– Да, вы даже можете оставить свое оружие, но вы не пойдете в Ирак и не последуете за нами.

– Куда вы пойдете? Сирия опасна для британского солдата.

– Это не ваша забота.

– Единственное безопасное место - это пустыня, но вы никогда не сможете работать в жару. Лето дурное. Нет времени на прогулки.

– Мы справимся, - огрызнулся Тони.

– Я помогать тебе.

– Мне не нужна твоя помощь.

– Тебе нужна моя помощь.

Тони изучал Аймуна и пытался понять его. Он казался искренним в своем предложении помочь, но здесь также был человек, который верил, что неверных нужно обезглавливать, а гомосексуалистов вешать.

– Почему ты хочешь помочь, Аймун? Мы против всего, за что ты выступаешь.

– Я очень удивлюсь, если ты знаешь, за что я выступаю. Я выступаю за долг. Ваши люди спасли моих людей, теперь мы поможем спасти вас. Вы хотите покинуть страну. Турция, да? Я проведу вас через пустыню, через реку. Проследи, чтобы твои люди не сгорели.

Тони сложил руки, странно, что он готов слушать.

– Как ты поможешь нам, Аймун?

– Я приведу вас к спрятанным запасам ИГИЛ. Еда, вода, деньги, да? Вы можете взять. Плата за спасение моей жизни.

– Откуда мне знать, что ты не выдашь моих людей? Ты можешь заманить нас в ловушку. Мы же враги.

– Я думаю, мы больше не враги. У нас есть новый враг, с которым нужно бороться.

– Демоны?

Аймун кивнул.

– Испытание Аллаха. Возможно, он хочет объединить людей, дав им общего противника.

Вопреки здравому смыслу Тони спросил:

– Ты действительно хочешь помочь моим людям?

– Клянусь именем Аллаха. Ты мне не враг. Сирийское марионеточное правительство - мой враг, жадные белые люди - мой враг, демоны, которые приходят через врата - мой враг. Ты - друг.

– Тогда мы должны пожать друг другу руки.

Аймун махнул рукой.

– Пах, жест белого человека. Для мусульманина достаточно одного слова человека.

– Хорошо, даю слово, что если ты доведешь нас до турецкой границы, я отпущу тебя и твоих людей на свободу.

– А я даю слово, что не убью тебя.

Тони ухмыльнулся.

– Приятно слышать, Аймун.

Судя по обескураженному выражению лиц британских солдат, Эллис только что сообщил плохие новости об их предстоящем походе. Они сидели молча, положив головы на руки и глядя на безликую пустыню, словно это была какая-то гигантская засасывающая дыра, которая вот-вот поглотит их. Эллис отошел к краю лагеря и пытался связаться по рации.

– Все еще нет ответа?
– спросил Тони.

Эллис покачал головой.

– Такое впечатление, что на другом конце никого нет. Ты думаешь, что-то происходит? Я имею в виду, что-то большее, чем то, что случилось с нами?

Тони сел рядом со своим командиром и скрестил ноги.

– Маловероятно, чтобы в этой глуши были только одни такие врата. Я предполагаю, что их больше. Возможно, именно поэтому никто не отвечает на наши вызовы: они все заняты своими проблемами.

– Я не хочу, чтобы погибли мои люди, Тони.

– Ни один офицер никогда не хочет. Все могло пойти хуже, понимаешь? Нам повезло, что хоть кто-то из нас выбрался оттуда живым.

Эллис вздохнул и, казалось, задумался.

– Аймун и его люди скоро уходят? Мы должны уходить одновременно, иначе они могут перегруппироваться и устроить засаду.

– Нет, он идет с нами.

– Прости?

– Мы спасли ему жизнь. Он хочет отплатить за услугу, помогая нам пройти через пустыню. Там есть запасы ИГИЛ. Он сказал, что мы можем взять их.

Эллис молчал, но в конце концов сказал.

– Я знаю тебя уже год, Тони, и за это время я ни разу не видел, чтобы ты принял плохое решение. Если ты думаешь, что мы можем доверять Аймуну и его людям, тогда я поддержу тебя. Возможно, если бы я доверился тебе раньше, засада не провалилась бы так плачевно.

– Если бы она не провалилась, мы бы все были мертвы. Нас бы не зажали за холмом, и эти врата открылись бы прямо за нами. Вместо этого они открылись перед Аймуном и его людьми. Одно, что я понял о войне, сэр, это то, что она редко идет по плану.

– Хм, полагаю, ты прав. Может быть, у Аллаха действительно есть план на нас.

Тони достал свою винтовку и начал разбирать ее, чтобы почистить - лучше сделать это сейчас, чем потом.

– Ну, если это правда, то я бы не хотел видеть, что Он запланировал для нас дальше.