Шрифт:
Определившись с планом, взяв за ориентир ближайшее здание, с трудом взвалив Власта на плечи, Микт побрёл к цели.
Глава 17. Убежище
«Я не прячусь за стенами — я даю им честь носить своё имя.»
Астерон Неуязвимый
Ещё недавно я считал, что пробуждение с более паршивыми ощущениями попросту невозможно.
Как же сильно я заблуждался…
Попытка вернуться в сознание увенчалась не сразу. При первом заходе оно испытало такой стресс и шок, что решило ещё немного побыть на ремонте и отключилось. При втором — чем-то натужно скрипя, но механизм смог-таки запуститься. Маленький шаг для человечества и большой для человека, называющегося «Власт».
По ощущениям же с уверенностью мог сказать, что теперь Флегматичная Корова меня не просто пережевала и выплюнула, но повторила свои действия несколько раз. А потом ещё и потопталась немаленьким весом. Искренне надеюсь, что более паршивого пробуждения в моей жизни никогда не будет!
Что же я увидел, придя в себя?
Правильным ответом будет «ничего» — вокруг было абсолютно темно.
Но потом до меня снизошло сакраментальное знание:
«Чтобы что-то увидеть — открой свои глаза».
И я прозрел!
Ощущения в спине и до того подавали сигнал, что под ней находится что-то твёрдое. Теперь в том убедился — лежал на полу небольшого помещения, в котором царил полумрак, что опять разгонялся зелёным светом, пробивающимся откуда-то извне через небольшие отверстия почти у самого потолка. И это оказалось всем, что смог увидеть, просто вращая глазами. Для получения большей информации необходимо было уже крутить головой. Только вот при попытке совершения этого действия тело пронзила такая вспышка, что сознание за малым вновь не поломалось, а с губ сорвался-таки болезненный стон.
И рядом сразу что-то зашуршало, а после знакомый голос взволнованно и излишне громко произнёс:
— Власт, ты очнулся?! Ты как?!
Хотел бы я ответить что-то этому громогласному извергу, да вот только вместо посыла куда подальше, от меня раздался лишь сиплый хрип. Но даже такой реакции оказалось достаточно, чтоб тот же голос сказал:
— Сейчас-сейчас!
Следом за этими словами мою голову чутка приподняли, а к губам приставили горлышко фляги. Совершив фантастически вкусный глоток жизни, наконец-то смог выдавить из себя ответ и задать встречный вопрос:
— Живой, чуть… Где мы?.. Как?..
По идее здесь должен был бы последовать обстоятельный рассказ, только услышать-осознать мне его не удалось, так как сознание решило всё же ещё немного побродить где-то за гранью реальности и потому померкло…
Что очень даже хорошо, потому как следующее пробуждение оказалось не в пример лучше прошлого — и глаза сразу догадался открыть, и боли такой уже не ощущалось в теле, и голос подать смог сразу:
— Микт… Микт, ты здесь?..
— Здесь, здесь, где ж ещё мне быть, — тут же отозвался Светлый и зашуршал где-то в районе моих ног.
Отрадно мне было слышать его! Очередное доказательство жизни! И, желая продолжить разговор, что пытался начать в прошлое пробуждение, вернулся к тем же вопросам:
— Где мы?.. Как долго?..
И теперь обстоятельный рассказ действительно состоялся. И я смог весь его выслушать! Настоящий молодец! Медальку мне!
Так вот, по прикидкам Миктлана времени прошло уже около суток с момента сражения. В нём, как несложно догадаться, наша сплочённая команда превозмогаторов победила и обратила в бегство никчёмные остатки выжившей силы противника. Двойной награды требуют наши сердца!
Но награды нам, конечно же, никто не вручил. Если не считать того, что живы и относительно целы. Ноги-руки-голова на месте же, так что даже не относительно, а целы. Но к здоровью вопросики есть, это прям да… Восстанавливаться нам ещё долго предстоит, судя по всему.
В общем, после того как самым позорным образом я оставил друга сражаться в одинокого, тот как-то, но затащил неравный бой, сполна отомстив за меня, спасая нас обоих. Слава Миктлантекухтли, слава! Затем подлатал нас на скорую руку повязками с чудо-водой и оттащил сперва меня, а потом и все наши пожитки в ближайшее городское строение, в котором мы сейчас и находились. Пристальным осмотром поля боя, поиском трофеев Микт заниматься не стал. И сам пострадал весьма, и за мной присмотр требовался, да и одному шататься под сводами, откуда может ещё неизвестно какая и в каком количестве напасть явиться — не лучшая идея. Единственно, пока таскал вещи, то завершил жалкое существование недобитков, чтоб не верещали рядом, привлекая ненужное внимание кого бы то ни было. Наша родименькая паранойя!
Если же подвести итоги, то всех убытков — потерявшая свои свойства рыбья броня, сильно попорченная одежда, заменить которые пока нечем, да живой воды остались сущие крохи — пара глотков от силы. Вот это самая большая печаль, по мнению обоих, — такими темпами вскорости дополнительной жизни в наших закромах совсем не останется, а где завершение Испытания, всё еще совершенно неизвестно. В который раз решили быть осторожнее, бдительнее и прочая, и прочая. Но сможем ли?.. Сомнения гложут.
Впрочем, помимо большой печали наши сердца терзала и великая — никто Воплощение не обрёл. То ли мы что-то делаем неправильно, то ли мы вовсе не способны на такое свершение… И в последнее совсем-совсем не хотелось верить.