Эмброуз поднял взгляд. Глаза его казались двумя темными искрами.

Джордж испустил долгий вздох и наклонился вперед, упершись руками в бедра и расставив локти пошире. Ногти у него, заметила Лия, были до странности ухоженные. Эти сверкающие квадратные ногти ее нервировали.

— Слушай, Эмброуз, ты должен стараться. Ты же знаешь, что программа работает только у тех, кто старается, правда? Ты же не хочешь, чтобы все это было зря, так ведь, да?

Эмброуз как будто еще сильнее вжался в стул. Он покачал головой.

— Хорошо. Молодец. Я даю тебе еще неделю. Делай упражнения, побольше крестоцветных и никаких, повторяю, никаких углеводов. Договорились?

Джордж перешел к следующему участнику, а Лия все пыталась понять, что происходит. Может, это какой-то тест. Она оглядела комнату в поисках мест, где могли быть спрятаны камеры. А может, это часть лечения Джорджа. Может, так ему, бедолаге, кажется, что в его жизни есть какой-то смысл.

Но в конце концов Лия заметила, что, пока Джордж обходит группу, раздуваясь от собственной важности, он делает заметки в планшете. Тут она начала паниковать.

Женщина, сидевшая напротив Лии, как раз жалобным тоном рассказывала группе, как отрезала себе кончик мизинца, пока шинковала морковь на обед мужу.

— Очень маленький кусочек, — сказала она. — Едва кровь пустила. Просто хотела посмотреть, пойдет ли у меня вообще кровь теперь. Понимаете, в нас столько всяких веществ вводят, что иногда я сомневаюсь. А вы разве нет? Не сомневаетесь?

Джордж в ответ на ее историю проявил удивительное сочувствие. Лия так поняла, что эта женщина, Сьюзен, уже достигла замечательных результатов и являла собой доказательство успешности их программы. Она была гордостью «Восстанавливаемся вместе», примером для остальных. Джордж выразил уверенность в том, что этот рецидив просто мелкий ухаб на пути ее исправления. Он припомнил некий Судьбоносный день, напомнил Сьюзен, сколько крови вытекло тогда, как эта кровь затекла в щели между плитками на кухне. Ее мужу все это дорого обошлось — бедняга Грег, он столько работал, чтобы собрать всю эту кровь, очистить и вновь вернуть ее в вены Сьюзен.

Тем временем Лия вдохнула как можно глубже и сосчитала в уме до пяти. У нее слегка закружилась голова, и в этом ощущении даже было что-то приятное. Но сердце все равно продолжало колотиться как безумное.

Это потный Джордж на пластиковом стуле будет решать, когда ее можно исключить из Списка наблюдений. Когда ее жизнь вернется в нормальное русло. Это Джорджа придется убеждать, Джорджу придется не рассказывать про то, как она увидела отца на другой стороне улицы.

Все еще продолжая выдыхать, Лия попыталась хоть что-то придумать.

— Лия, ваша очередь. Кратко представьтесь. Не бойтесь, мы не кусаемся, — сказал Джордж и расхохотался.

Они все смотрели на нее. На блестящем от пота лице Джорджа читалось нетерпение. Потолочное освещение ему не льстило — четко видно было каждое пигментное пятно, каждый вросший волос.

— Я вовсе не хочу покончить с собой, — сказала она наконец.

Джордж явно так обрадовался, что почти готов был начать довольно потирать руки. Все остальные отвели взгляд.

— Видите ли, Лия, — сказал Джордж, наслаждаясь каждым словом, будто обугленным мясом животных с денатурированными протеинами, которым он наверняка травил свой организм. — Первая стадия — это всегда отрицание. Но ничего страшного, мы с этим справимся.

— С чем справимся?

— Конечно же, у вас есть склонность к окончанию жизни. Кстати, в «Восстанавливаемся вместе» мы не употребляем слово на букву «С». В любом случае такие ощущения абсолютно нормальны. Это трудно принять, но поверьте, принятие — самый трудный шаг. Вы мне верите, Лия?

— Я думаю, тут какая-то ошибка, — сказала Лия так вежливо, как только могла. — При всем моем уважении, неужели я похожа на человека, который хочет покончить с собой?

От ее слов Эмброуз вздрогнул и еще больше съежился.

— Пожалуйста, перестаньте употреблять это выражение, — улыбка Джорджа стала напряженной. — А подобные тенденции очень глубоко укореняются. Вам придется глубоко копать, Лия. Вы готовы глубоко копать?

Это было даже хуже, чем разговаривать с Наблюдателями. Лия почувствовала, как у нее повышается уровень кортизола.

— У меня вызывает сомнения это… лечение, — она поборола стремление нарисовать в воздухе кавычки. — У вас есть для этого должная квалификация?

На виске у Джорджа вздулась вена.

— Вы думаете, вы выше всего этого, мадам-из-«ХелсФин Кэпитал Менеджмент»? — сказал он, махнув рукой в сторону стены с табличками. — У меня есть ваша полная биография и все медицинские данные. Чем мы тут, по-вашему, занимаемся?

У Лии челюсть отвисла от изумления.

— Как вы можете… — начала она.

— О господи, Джордж, оставь ее в покое, — вмешалась женщина, сидевшая рядом с ней, Анья.

— Слушай, Анья, я просто делаю свою работу, — отозвался Джордж уже совсем другим тоном.