— А разведка? — с надеждой в голосе воскликнул капитан. — Они же начинали собственное расследование. Не могли же они мимо такого очевидного факта пройти?

Это следовало проверить. К файлам военной разведки у компьютера доступа не было — тут он нам ничем помочь не мог. Но, слава Богу, у меня и собственный канал получения информации имеется.

Штаб обороны Авроры располагается в бункере. Бункер — под штабом гарнизона. Как военный объект, здание никто не воспринимал, и бомбить с орбиты его вряд ли кто-то бы стал. Так что такое расположение центра связи и управления считалось вполне обоснованным.

Но неудобным. Да и не хотелось мне встречаться с офицерами гарнизона. Ничего лично против них не имею — нет доказательств. Но то, что они оказались скомпрометированы — это факт. Пусть обижаются сколько угодно, но я их в качестве надежных помощников не воспринимал.

Тем более что имелся резервный узел связи, и он был легко для нас доступен. Потому как располагается прямо в здании центрального полицейского участка. Ребята, руководившие отрядами самообороны в Лунебурге, уже широко центром пользовались. Защищенная связь в условиях полнейшего хаоса и анархии дорогого стоит.

Отправил запрос полковнику Чаоджи. Глупо было надеяться, что друг немедленно выйдет на связь. Господин достаточно занятой. Тем более в связи с аврорскими событиями. Не удивлюсь, если сейчас у них там всех под ногами земля горит. Шутка ли, прохлопать ушами подготовку этакого-то афронта. И ладно бы пара придурков сговорившись, нечто такое устроили. Так нет. Десятки людей!

— Отправил тебе на нейролинк все данные, — потирая уставшие глаза, процедил разведчик, когда все же смог выкроить для меня минутку. — Насколько им можно верить, сам разберешься. Пока мы здесь считаем, что данные с Авроры обладают наименьшим уровнем достоверности. А без троекратной проверки и вовсе — дезинформацией.

— Ого, — качнул я головой. И поделился с Чаоджи планом, предложенным Лукошиным.

— Если корпорантам удастся все провернуть в ближайшее время, им многое потом проститься, — кивнул китаец. — Элегантное решение сложной проблемы. Это дорогого стоит.

— Передам Арчибальду, — скривился я. — Чтоб старался, как следует. Мы здесь тоже все устали от этого… бардака.

— Только не думай, что все сразу закончится, — вздохнул друг. — Вы там такую кашу заварили, что долго еще расхлебывать будем. В одном уверен: воздаяние неотвратимо. Во всем разберемся, и все получат по делам их.

— Знакомая фигня, — засмеялся я. — Накажем непричастных, и наградим невиновных.

— Но-но, — погрозил пальцем полковник. — Давай без диссидентских высказываний. У меня тут и так… бунтовщиков хватает. Ты там молодцом себя проявляешь. Генералы в восторге. Впервые в истории Федерации планета под прямым военным управлением. И даже без особых косяков и перегибов. И раз дело к концу, будь осторожнее. Не подставься напоследок.

— Постараюсь, — вздохнул я. — Нам бы опытного дознавателя какого-нибудь. Сам знаешь, у меня тут все больше профессиональные душегубы и головорезы под ружьем. Схватить кого-нибудь, чего-нибудь отломать, сжечь и разломать — это мы легко. Это нам в радость даже. А вот головоломки разгадывать — такого мы не умеем.

— Не прибедняйся, — вяло взмахнул узкой ладошкой разведчик. — Пока у вас все хорошо получается… Наших специалистов дать не могу… Сам понимаешь: есть версия, что они уже не совсем наши… А вот… Даму свою привлеки. Она же у тебя полицейский офицер?! Должна уметь правильные вопросы задавать и пазл из сведений в общую картину складывать.

— О! — только и смог выговорить я. О Хельге Корсак я почему-то раньше не подумал.

— О допуске к секретным сведениям не беспокойся, — по-своему понял мои сомнения Чаоджи. — Оформим. Под твою ответственность.

— А чего сразу под мою…

— Все-все, — отмахнулся полковник. — Береги себя.

И отключился. Гад! А я-то надеялся, что он мне с Корсак поговорить поможет.

Последний раз расстались мы с Хельгой как-то странно. Я понимаю: в каждой женщине должна быть какая-то загадка. Но именно что — загадка, а не Тайна Вселенной, или военный криптошифр. С утерянным алгоритмом решения.

В общем — странно. Женщина не корила меня, ни в чем не обвиняла, и не требовала невозможного. Просто попросила не рисковать без особой нужды. Даже поцеловала на прощание. И это было так не похоже на ту Корсак, которую, как думал, я хорошо знал, что даже растерялся.

Потом еще у них в отделе побывал. Саму лейтенантшу, правда, там не встретил. Но ведь был же, и с ней и не подумал связаться. Голова совсем другим занята была. Не подумал. А вдруг это было для нее важно? Вдруг она только и ждала, что я брошу все дела, и полечу прямо к ней?

Кто его знает, что у них, женщин, в головах происходит? Почему в один момент от них прямо-таки аура уюта и любви исходит, а в другой — натуральнейшим ужасом шибает?

Напомнил самому себе, что я вообще-то — боевой офицер. Командир, и даже временный командующий целой планеты. Что сейчас, в эту смутную эпоху, могу все ресурсы мозга отдать решениям проблем миллионов человек, а не только прихотям одной, отдельно взятой Хельги.