— Пять тысяч двести кредитов! — молоток аукциониста громко стукнул по подставке. — Продано мужчине из второго ряда!

— Поздравляю, Сэм, — пробурчала недовольная Кэтрин, — ты спустил почти все мои кредитки. Может, объяснишь, в чем дело?

— Сейчас будет перерыв, сама все поймешь. Только, пожалуйста, ничему не удивляйся, просто подыграй мне.

В перерыве лысеющий мужчина прямиком направился к Сэму. При ходьбе он переваливался, точно утка, забавно передвигая грузные ноги.

— Дэвид! Какая встреча! — Сэм по-приятельски раскинул руки для объятий. — Пополняешь свою коллекцию антикварного серебра?

На Кэтрин знакомый Сэма произвел двоякое впечатление: несмотря на кажущееся радушие, было в его облике, во всей манере держаться что-то неискреннее, даже фальшивое. Он нацепил на себя скупую натянутую улыбку и нехотя ответил на объятия Сэма.

— Коэн, а ты зачем здесь? — Дэвид вопросительно взглянул на него.

Маленькие глазки выглянули из-за полных щек, которые, как и его крупный нос, были сплошь усеяны красными капиллярами. Они особенно выделялись, когда он смеялся, при этом его щеки выглядели так, будто в них спрятались мячики: они перекатывались или тряслись в зависимости от эмоций — улыбки или безудержного смеха.

— Да вот… — Сэм картинно замолчал, изобразив смущение. А Дэвид оценивающе уставился на Кэтрин, словно она была лошадью на предпродажной подготовке.

— Сэм, ты же всегда говорил, что женский пол тебя не интересует.

— Ты все не так понял, — Сэм усердно делал вид человека, которого застукали за каким-то неприличным занятием.

— Да ладно, все мы люди, — красноречиво вздохнул Дэвид, — подумаешь, покупал подарок для своей спутницы.

Дэвид, такой зажатый, холодный в начале разговора, почувствовал себя расслабленно и непринужденно, увидев аскета Сэма с дамой, ведь тот всегда был убежденным холостяком. Выходит, что и Сэм не устоял перед человеческими слабостями.

— А она ничего! — шепнул он и резко толкнул его локтем.

— Нам пора, — Сэм легонько приобнял Кэтрин за талию.

— Понимаю, — Дэвид подмигнул Кэтрин, — то, что нужно вы уже купили.

Сэм смущенно улыбнулся и сделал шаг к выходу, увлекая за собой Кэтрин.

— Сэм, да кто это такой? Зачем ты устроил перед ним целое шоу? — спросила разъяренная Кэтрин, когда они вышли на улицу.

— Дэвид — ученый-историк, мой давний конкурент.

Мы друг друга не перевариваем.

— Это заметно, сначала он был готов тебя растерзать глазами, а потом вдруг стал подкалывать. Неприятный тип. Но зачем весь этот цирк? Мы ведь не сделали ничего плохого, просто покупали серебряные украшения!

— Видишь ли, Кэтрин, у древних была поговорка: «Слово — серебро, молчание — золото». Промолчать я, к сожалению, не мог, потому что было бы еще хуже.

— Для кого хуже?

— Для нас всех! Потому что Дэвид — родной дядя Энтони, а я сказал студентам, что еду на научный симпозиум. Извини, Кэтрин, но у меня не было выбора. Быть застигнутым во время покупки дорогого украшения своей возлюбленной представилось мне самым разумным объяснением для ученого, который собрался прогулять симпозиум.

— Ну ты и артист! Но всё же, можно было выбрать не такое щекотливое объяснение?

— Кэтрин, ты не все знаешь, Дэвид давно не занимается историей, а управляет ею. Он крупная шишка в Департаменте Науки. Благодаря его «работе» издаются учебники истории для всех, включая курсантов Колледжа Инженеров, и он решает, что там будет написано.

— А Михаил нам еще рассказывает, что Временные корабли меняют историю. Видимо такие, как Дэвид делают это.

— Именно! Дэвид для нас опасен еще тем, что он крупный чиновник и не последнее лицо в Мировом Правительстве. Это же надо было так вляпаться!

— Тогда ты выбрал правильную тактику. Думаю, Дэвид ничего не заподозрил. Он на меня так пялился, что я готова была сквозь землю провалиться.

— Ну, ты умная, симпатичная, яркая. Одни твои волосы чего стоят!

— Сэм, Дэвида здесь уже нет, и скоро моих рыжих волос тоже не будет. Пора ехать, мне еще нужно достать черную краску.

— Ребята, — они обернулись. К ним, переваливаясь, шел Дэвид, — перерыв уже заканчивается, вы точно не остаетесь?

— Нет, мы сейчас улетаем, — ответил Сэм.

— Сэм, как ты знаешь, послезавтра у меня день рождения. Ты приглашен уже давно, но я тут подумал… а приходи-ка ты со своей спутницей. Милая, как вас зовут?

— Кэтрин.

— Кэтрин, — слащаво повторил Дэвид, — Екатерина. Какое красивое царственное имя. Екатерина Арагонская, Екатерина Медичи, Екатерина Великая! Да вам повезло! Кэтрин, вы тоже любите верховодить?

Сэм пропустил эту неделикатную реплику мимо ушей:

— Конечно, Дэвид, мы придем.

— Какой у вас размер, Кэтрин?