Черт возьми! Я ненавижу себя за то, что переспала с ним.

— Нет. Мы с Люси никогда не трахались, — затем он уходит.

Я стою там, чувствуя себя частичкой того человека, которым когда-то была, а потом иду за ним. Как только вижу, что он садится в машину, я захлопываю переднюю дверь и запираю ее.

В моей жизни больше не будет Атласа Хайда

***

Я безработная. У меня не было этой проблемы с тех пор, как я окончила школу. И все выходные я только и делаю, что мечтаю о потрясающем сексе и просыпаюсь с вопросом, что же мне делать со своей жизнью теперь, когда у меня больше нет карьеры.

Когда наступает понедельник, я просыпаюсь от будильника, но мне некуда идти. Есть достаточно сбережений, чтобы продержаться несколько недель без работы, но после этого я в полной заднице. Меня выгонят из дома, и мне некуда будет идти, если деньги заберет банк. Буквально. Эта работа, которую я так сильно любила, была моим единственным доходом, и нет семьи, на которую я могла бы опереться. Единственный человек, который у меня есть — это Тина, а ее дом уже переполнен.

Мне следовало бы заняться поисками работы, но разум не позволяет мне ничего делать. Поэтому я ничем не занимаюсь до полудня. Ничем. Звонит сотовый, нарушая монотонность, и я отвечаю.

— Тея... Я не знаю, как это сделать. Пожалуйста, вернись.

— Она уволила меня, Марисса, ты же знаешь, что я не могу. Ты можешь это сделать. И если у тебя возникнут какие-то проблемы, позвони Хлое, я уверена, она поможет тебе справиться с ними, — говорю я, понимая, что тяжело, но это больше не моя проблема.

— Я неоднократно звонила ей, и когда она удосуживалась ответить, то была либо слишком занята, либо ей было наплевать на то, что я хотела сказать. Почему ее не волнует, что ее же бизнес терпит крах без тебя?

— Марисса, я бы с радостью помогла тебе, но просто не могу. Я не могу уделять этой компании больше энергии, чем она того заслуживает. Ты понимаешь это, да?

Она делает паузу и вздыхает.

— Да, понимаю, — она больше ничего не говорит и просто вешает трубку.

Мне неловко, но я больше не пешка, которую они могут использовать и надругаться надо мной.

Я сажусь за компьютер и, наконец, решаю, что пришло время привести в порядок свое резюме, и весь день рассылаю его по электронной почте по всем вакансиям, которые только нахожу, и просто контактам, у которых, возможно, есть что-то для меня.

Когда раздается стук в дверь, я игнорирую его. Единственный человек, который мог стучать — это он, но я не хочу с ним разговаривать. Он последний человек, с которым я хотела бы общаться.

— Теодора...

Ладно, это женский голос.

Я встаю с дивана и открываю дверь. Девушка в очках от Атласа стоит на пороге, опустив глаза и, читает что-то в своем мобильном. Когда она поднимает взгляд, на ее лице сначала облегчение, а затем злость.

— Ты планировала игнорировать меня?

— Да, — отвечаю я с фальшивой улыбкой.

— Хорошо, что ж, спасибо за честность, полагаю. Но я пришла сюда не для того, чтобы меня дразнили, — она протягивает мне конверт и улыбается, прежде чем повернуться, чтобы уйти.

— Что это?

— Инструкции указаны на карточке, — она уходит, а я разрываю конверт.

Открыв его, вижу, что там лежит приглашение, и в нем написано, что это обязательное условие.

Ебать!

У меня модное платье, и он просит меня надеть каблуки. Через несколько часов за мной заедет машина.

Я никогда раньше не получала приглашений. Закрывая входную дверь, размышляю, как бы мне попытаться отвертеться, но понимаю, что не получится.

Мне нужно вернуть сестру.

И как только я получу ее, Атласа Хайда больше не будет в моей жизни.

***

Атлас не приехал за мной. Приехал какой-то мужчина, и он попросит мой сотовый, прежде чем я сяду в машину. Я сжимаю его, не зная, стоит ли отдавать ему его или нет. Я чертовски уверена, что не хочу этого делать.

— Мобильные телефоны запрещены, мисс. Это не обсуждается.

Бунтарская часть меня хочет крикнуть «нет» и послать к черту. Вместо этого я вкладываю ему в руку сотовый, который он кладет в машину, потом возвращается и открывает для меня дверцу.

— Присаживайтесь, мисс.

Я делаю, как говорят, и никого не нахожу в машине. Кажется, что мы едем несколько часов, пока не останавливаемся на взлетно-посадочной полосе. Когда водитель открывает мне дверь, я вижу еще нескольких девушек, одетых так же, как я.