Границу между Эстреной и Лоарельской Империей явно зачистили заново совсем недавно — на взборонованной коричневой полосе земли лишь кое-где встречались пучки травы. Ни кустика, ни деревца. Ширина просеки — шагов двести, и любая фигура прекрасно просматривается с пограничных вышек. Они расположены вроде и на удалении друг от друга, но достаточно близко, чтобы контролировать территорию через бинокли.

На жиденьком проволочном заборе, секции которого оплетали тончайшие нити особого материала, болталась выцветшая табличка: «Проход воспрещён. Заминировано магическими артефактами. Наказание за незаконное пересечение границы — каторга».

Самое обидное, что он точно знал какой-то секрет, позволяющий пусть не запросто, но без значительного риска для жизни перейти на другую сторону. Знал, но не помнил, и это чувство беспомощности было настолько мучительным, что Эрер несколько раз сжал кулаки, успокаиваясь.

— Пс-с-т, — раздалось из кустов позади него.

Эрер быстро, но при этом плавно обернулся на звук.

Ему призывно махнул широколицый рябой мужик, скалящийся во все зубы. Так как причин для радости от встречи в ночном лесу с незнакомым магом у того не было и быть не могло, Эрер напрягся и, не меняя положения тела, завёл одну руку за спину, начав сплетать боевое заклинание.

— Да не дрейфь ты! — продолжил скалиться мужик. — Подь сюды, чего скажу.

В выражении его лица промелькнуло нечто настолько привычное, что Эрер невольно расслабился, почувствовав себя в родной стихии.

Кто этот здоровяк? Полукровка или просто загорелый маг? Но если так, то напрашивается вопрос: а что должен сделать маг, чтобы аж загореть?

Эрер от природы был гораздо темнее и смуглее, чем большинство чистокровных полуночников из знатных родов, и всё равно рядом с позвавшим его мужиком выглядел фарфоровым, хотя на виске у того красовалась магическая печать, свидетельствующая о наличии способностей.

— Я вас слушаю, — наклонил Эрер голову набок, внимательно отслеживая жесты незнакомца.

В этот момент СИБовец больше всего напоминал огромного хищного орла, примеряющегося к цели, отчего вроде бы привычному к общению с самыми разными проходимцами полукровке стало не по себе. Он нервно гыкнул и зашептал явно часто повторяемые слова:

— Я тебя… вас могу того… через границу перевести. Я тропу знаю, ровнёхонько между артефактами пройдём, ни один не зацепим.

— Любопытненько, — сощурился Эрер и позволил провести себя к небольшому лагерю, устроенному проводником.

Тот уселся у бездымного костерка, разведённого в ямке, и пригласил потенциального клиента устроиться рядом.

— Беру недорого. Могу арчантами взять, могу эсчантами, могу накопителями, — доверительно сообщил рябой и поставил прямо в огонь сотейник с длинной ручкой.

— А гарантии?

— Так я с тобой пойду. Сначала туда, потом — как найду кого из желающих — обратно. Работа у меня такая, убедиться, чтобы никто не пострадал, — добродушно улыбнулся тот.

— Значит, со мной пойдёшь и путь знаешь… А откуда?

— А это уже не твоего ума дело, — весело ответил рябой и заверил: — Без меня тебе кранты. Артефакты недавно переуложили так, что дракон ногу сломит. Мышь не проскочит!

— Пожалуй, тогда лучше законным образом границу пересечь, — невозмутимо заметил Эрер, наблюдая за реакцией.

— Ну пересеки, умник, — небрежно хохотнул проводник. — Чего бы ты тут отирался, если б законно мог-то, а?

— Действительно.

Эрер лениво откинулся на ствол близстоящего дерева и задумался. Схема интересная, простая и действенная. Такие проводники действительно существовали и брали за свои услуги немало, потому что трудовой путь их быстро заканчивался. Пожалуй, денег на оплату у него не хватит, он же купил нормальную одежду, кое-что из необходимых вещей и парочку накопителей, а у Таисии изначально взял немного. Совесть не позволила обирать девушку, которой и так слишком многим был обязан.

Рябой тем временем деловито бросил в кипящую воду чайный сбор, щедро добавил мёда и душистого перца. В прохладной ночи потянуло приятным пряным ароматом, и когда отвар был готов, Эрер с благодарностью принял горячую кружку.

Поднёс к носу и глубоко вдохнул согревающий пар.

Неуловимо знакомый запах врезался в ноздри, а тело отреагировало мгновенно — Эрер едва успел подавить желание вскочить и наброситься на противника. Прислонил край кружки к губам и сделал вид, что пьёт отраву.

Так вот какой проводник на самом деле затаился в лесу…

А что, ловушка хороша. Незаконно пересекают границу лишь те, у кого рыльце не просто в пушку, а в дерьме. Жаловаться не станут, к властям, даже если выживут, вряд ли побегут. Приходят сюда со всеми деньгами, на мутную схему соглашаются, а дальше — дело техники.

Эрер бы не удивился, если бы узнал, что пограничники о существовании подобного санитара леса прекрасно знают и не трогают его до тех пор, пока он помогает выполнять их работу — бережёт покой заминированной парализующими артефактами просеки. Быть может, рябой проводник даже делится с ними барышами — не могут же они быть настолько глухи и слепы, чтобы у них под носом творился подобный беспредел.