Шрифт:
Сначала спор, потом шкаф, потом трусы… А теперь у него есть мой номер.
МОЙ НОМЕР.
Он может написать. Позвонить.
В ЛЮБОЙ МОМЕНТ.
— Ужас… — выдохнула я, зажмурив глаза.
Это как бомба с таймером. Я не знаю, когда она взорвётся — но точно знаю, что взорвётся.
Что он попросит? Принести кофе? Протереть ботинки? Притвориться его девушкой, когда надо будет кого-то отшить?
Я аж закашлялась от этой мысли и уткнулась в подушку сильнее.И ведь самое страшное — я не была уверена, хочу я, чтобы он написал… или боюсь этого до дрожи.
Его голос до сих пор звучал у меня в голове — глубокий, чуть насмешливый.
Как будто он знал всё.
Видел меня насквозь.
И теперь держал в руках мой маленький позорный секрет.
Мой телефон лежал на тумбочке — мёртвый, молчащий, как судья, перед тем как вынести приговор. Я раз двадцать бросала взгляд на экран, хотя знала — ни уведомлений, ни сообщений.
Тишина.
Но не та, которая успокаивает.
А та, которая напрягает.
Тимка снова забегал по коридору, выкрикивая что-то про «невидимые трусы-невидимки», а я прижалась к стене и прошептала:
— Господи, пусть он забудет про меня…
Или нет.
Пусть вспомнит…
Но не слишком быстро.
И желательно — без заданий, от которых потом стыдно жить.
Я думала, что смогу отвлечься. Ну подумаешь — служанка. Ну и что? Он же, может, забудет. У него, наверняка, куча дел, уроки, клубы, девушки…
Ага. Щас.
Телефон лежал рядом со мной на кровати. Экран был мёртво-чёрным, и это начало меня сводить с ума.
Я пыталась не смотреть. Принципиально. Сделала вид, что я вообще выше этого. Но взгляд всё равно скользил в сторону экрана. Каждые десять секунд.
20:31.
20:32.
20:32 и 30 секунд.
Тишина. Ни звука, ни вибрации.
Я уже начинала думать, что придумала себе всё это. Что никакого Леона не существует, и я просто сошла с ума после контрольной по геометрии.
БЗЗЗ!
Я подпрыгнула. Телефон завибрировал резко, громко — как будто в него вмонтировали пожарную сигнализацию. Я выхватила его:
Входящий звонок: «Бабуля»
Я вздохнула так, как будто собиралась заплакать.
— Да, бабуль. Нет, не голодная. Да, ем. Да, тепло одета. Нет, мальчиков не трогаю.
« Сама не трогаюсь, если честно».
Нет, не заболела. Да, всё хорошо.
«Нет, не похищали.»
Нет, у меня в рюкзаке нет чужих вещей.
— Что? Да всё отлично. Пока.
20:38.
Я бросила телефон обратно на кровать и попыталась не реагировать. Поиграла в игру. Открыла вкладку с домашкой. Даже дошла до упражнения номер два.
И тут снова:
БЗЗЗ.
Сердце ухнуло. Я чуть не выронила тетрадь, схватила телефон.
Новый e-mail: “Скидки на школьную форму!”
— Я вас сожгу, — прошипела я. — Всех. И маркетолога, и таргетолога, и того, кто это придумал.
Прошло ещё семь минут. Я уже лежала, уставившись в потолок, когда:
БЗЗЗ.
Сообщение!
Я вскочила. Руки дрожат. Палец скользит по экрану:
“Хочешь заработать 120 000 в день без вложений? ”
— ДА ЗАТКНИТЕСЬ ВСЕ! — крикнула я в потолок и снова швырнула телефон на подушку.
Тишина.
И снова Леон — в голове.
Словно его голос сам поселился где-то между мыслями и не собирался съезжать.
Я вздохнула, закуталась в одеяло с головой и прошептала:
— Ладно… Пиши уже, Леон. Пусть будет что будет. Но хватит этой тишины.
5
Утро началось как обычно: я проснулась за двадцать минут до выхода, в панике надела свитер наизнанку, попыталась умыться, но только намочила один глаз, съела полтора печенья, вылетела из дома с расстёгнутым рюкзаком — и только в лифте вспомнила:трусы.
Они лежали в боковом кармане, как проклятый амулет позора. Я боялась пошевелиться — вдруг зашуршат или вывалятся прямо на коврик. А если завуч увидит? Или уборщица?
Я шла по школьному коридору с поникшей головой и выражением лица, как у агента, несущего ядерный чемодан. Одна мысль стучала в голове:
Найти Дашу. Передать. Забыть. Жить дальше.
Но ещё до входа в кабинет на меня налетели Даша с Лерой.Обе — взъерошенные, глаза круглые, будто они прятались в кустах всю ночь.
— Ты почему вчера нам не позвонила?! — зашипела Даша. — Мы ждали тебя у ворот как дурочки! До самого закрытия!
— Серьёзно! — поддержала Лера. — Мы уже думали, тебя похитили! Или ты потерялась! Мы даже сторожа спрашивали!