Именно Глава Посвященных Кассау первым все понял. Мне показалось, что он застыл на месте, потому что Раздвоенная Борода открыл глаза и весело ухмыльнулся.

Громко расхохотавшись, отбросив в сторону покрывало, к ужасу Главы Посвященных, его помощников и прихожан, Ивар Раздвоенная Борода, в котором было почти семь футов росту, вскочил на ноги. В правой руке он сжимал огромный сверкающий топор.

— Да будет благословен Один! — воскликнул он.

А потом одним взмахом топора отрубил голову Главе Посвященных Кассау, окропив кровью золотые чаши, после чего прыгнул на самую верхнюю ступеньку алтаря.

Ивар Раздвоенная Борода откинул голову назад и с неистовым, громоподобным хохотом принялся размахивать окровавленным топором.

Я слышал, как с грохотом закрылись засовы, все, кто находился внутри, стали пленниками. Люди Торвальдсленда сбросили плащи, в руках они держали громадные топоры. И тут я заметил, что великан из Торвальдсленда ожил, в его глазах появилась дикая ярость, на лбу выступили вены, и он с неистовыми криками принялся крушить все вокруг.

Ивар Раздвоенная Борода возвышался над толпой.

— Люди Торвальдсленда, — крикнул он, — пришли к вам!

Воздух наполнился пронзительными криками.

Меня чуть не сбили с ног мечущиеся, вопящие люди.

Я изо всех сил напрягался, стараясь разглядеть, что происходит в окутанном фимиамом храме.

И вдруг почувствовал запах крови.

Рядом закричала девушка.

Жители Кассау — бедные и богатые, купцы, рыбаки и грузчики — устремились к огромным дверям храма, но там их встречали безжалостные топоры. Тогда они повернули к центру храма, где сбились в кучу. Топоры прорубали среди них дорогу. Вокруг меня раздавались стоны и оглушительные боевые кличи Торвальдсленда. Я слышал, как люди Ивара отрывают золотые пластины от колонн, пол святилища усеивали разрубленные на куски тела Посвященных. Те, что еще оставались в живых, сбившись в кучу, стояли на коленях возле стены. Мальчики, которые пели во время службы, теперь, прижавшись друг к другу, плакали, как девчонки. А стоявший на верхней ступени алтаря Ивар Раздвоенная Борода командовал своими людьми.

— Поторопитесь! — кричал он. — Собирайте все, что можете!

— Склонитесь пред топором! — выкрикнул один из знатных жителей Кассау, одетый в черный шелк, с серебряной цепью на шее.

Он, вероятно, был главой города.

Люди начали послушно опускаться на колени на грязный пол храма.

Я видел, как два воина из Торвальдсленда складывали в плащи золотые тарелки и сосуды из святилища, швыряя их, словно дешевую жестяную посуду.

Рядом со мной в страхе скорчился какой-то рыбак. Один из людей Торвальдсленда поднял топор, чтобы нанести ему удар. Я перехватил топор, когда он уже начал опускаться, и удержал его. Воин удивленно на меня взглянул. Его глаза округлились. Только тут он заметил у своего горла меч из Порт-Кара.

С оружием нельзя входить в храм Царствующих Жрецов, но много лет назад на празднике в Тарии, куда тоже запрещалось проносить оружие, Камчак из племени тачаков объяснил мне, что именно в таких местах оно может оказаться очень кстати.

— Склонись пред топором, — сказал я рыбаку.

Он повиновался.

Я отпустил топор северянина и отвел в сторону свой клинок.

— Не убивай его, — попросил я человека из Торвальдсленда.

Он сделал шаг назад, продолжая внимательно за мной наблюдать.

— Собирайте добро! — кричал Раздвоенная Борода. — Может, вы думаете, что мы будем ждать здесь начала сбора урожая?

Мой противник отвернулся и начал сдирать со стен золотые украшения.

В двадцати футах я заметил вопящего великана, который обрушивал безумные удары на стоявших на коленях и в мольбе простирающих к нему руки людей. Огромный топор поднимался в воздух и снова опускался на головы несчастных жителей Кассау. Я видел, как перекатываются могучие мускулы на обнаженных руках силача. Из уголков рта шла пена. Он разрубил какого-то человека почти пополам.

— Ролло! — сердито закричал Раздвоенная Борода. — Сражение закончено!

Великан с серым лицом и косматыми волосами неожиданно застыл на месте, подняв над головой сверкающий топор, — у его ног рыдал какой-то несчастный. Великан медленно повернулся в сторону алтаря.

— Битва закончена! — снова повторил Раздвоенная Борода.

Два воина из Торвальдсленда схватили великана за руки, с трудом заставили опустить топор, а потом осторожно отвели в сторону. Он повернулся и посмотрел на несчастных жителей Кассау, которые в ужасе закрывали лица руками. Создавалось впечатление, что великан не узнает их, словно никогда не видел раньше, в его глазах снова появилось отсутствующее выражение, топор бессильно повис в руке, и он медленно побрел к дверям храма.