Девушка отбросила капюшон, и по ее спине рассыпались роскошные волосы. Затем она медленно вытащила булавки и, отцепив вуали, бросила их на пол.

— Это она, — прошептал какой-то человек, сидящий за столом Свейна Синий Зуб. — Я был один раз в доме Торгарда. Это она!

— Ты… ты дочь Торгарда, Торгарда из Скагнара? — заикаясь, спросил Свейн Синий Зуб.

— Да, мой джарл, — ответила она.

— Прежде чем Торгард из Скагнара построил корабль «Черный слин», — медленно проговорил Свейн Синий Зуб, — у него был другой. Как он назывался?

— "Рогатый тарларион", — проговорила Хильда. — Он и сейчас служит отцу, только перестал быть его флагманским кораблем.

— Сколько там весел? — спросил Свейн Синий Зуб.

— Восемьдесят.

— Кто возглавляет рыбное дело Торгарда?

— Грим, он родился в Ханджере.

— Однажды во время сражения, — продолжал допрос Свейн Синий Зуб, — я ранил Торгарда из Скагнара.

— Шрам, — заговорила девушка, — остался у него на левом запястье, он прячет его под браслетом с драгоценными камнями.

Свейн Синий Зуб откинулся на спинку кресла.

— В той битве, — сказала Хильда, — он тоже ранил тебя, причем гораздо серьезнее, чем ты его. У тебя на левом плече осталась отметина.

Бера покраснела.

— Верно, — признал Свейн Синий Зуб.

— Я же сказал вам, — снова крикнул один из гостей, — это Хильда, дочь Торгарда из Скагнара! Я был в его зале. Это она!

Жительницы Севера, как правило, не прикрывают лицо вуалью.

— Как тебя захватили? — поинтересовался Свейн Синий Зуб.

— Обманом, мой джарл, — ответила Хильда. — В моих собственных комнатах меня схватили, надели наручники и закрыли мне лицо.

— Как им удалось провести тебя мимо стражи? — не унимался Синий Зуб.

— Поздно ночью меня выбросили в море с высоты более ста футов из окна моей комнаты в наручниках и капюшоне. Там ждала лодка. Меня выловили из воды, словно рыбину, сделали пленницей, заставили лежать на дне лодки, будто самую обычную девку. Следом за мной из окна выпрыгнули мои похитители.

Собравшиеся в зале люди Раздвоенной Бороды и Свейна Синий Зуб принялись радостно вопить.

— Бедная, несчастная крошка! — воскликнула Бера.

— Такое может случиться с каждой женщиной, — ответила Хильда, — даже с тобой, благородная дама.

— Мужчины — самые настоящие чудовища! — вскричала Бера, а потом с яростью посмотрела на Ивара, меня и его людей. — Позор на ваши головы, животные! — заявила она.

— Свейн Синий Зуб, джарл Торвальдсленда, познакомься с Хильдой, дочерью Торгарда из Скагнара, — спокойно сказал Ивар Раздвоенная Борода. — Хильда, дочь Торгарда из Скагнара, познакомься со Свейном Синий Зуб, джарлом Торвальдсленда.

Хильда смиренно склонила голову.

В зале снова раздались ликующие возгласы.

— Бедняжка, — возмущалась Бера, — сколько же тебе пришлось выстрадать!

Хильда опустила голову. Она ничего не ответила Бере, но мне показалось, что она улыбнулась.

— Я не просто пленница, мой джарл, — проговорила она.

— Что-то я не понимаю, о чем ты, — удивился Свейн Синий Зуб.

Хильда не поднимала головы.

— Тебе не следует называть меня «мой джарл», милая, — сказал Свейн Синий Зуб. — Я не твой джарл.

— Каждый свободный человек — мой джарл. Видишь ли, мой джарл, — Хильда гордо вскинула голову и чуть приоткрыла плечи, — я ношу ошейник Ивара Раздвоенная Борода.

Ошейник из железа с массивными петлями и сложным замком казался особенно черным на ее ослепительно белой коже.

— Ты осмелился надеть ошейник на дочь Торгарда из Скагнара! — воскликнула Бера, обращаясь к Ивару Раздвоенная Борода.

— Мой хозяин делает все, что пожелает, госпожа, — сказала Хильда.

Мне было страшно интересно, что сказала бы Бера, если бы узнала, что Хильда подверглась наказанию на весле, что ее высекли и научили ходить на поводке и повиноваться своему господину; что ее ласкали мужчины и учили отвечать на ласки.

— А ну-ка, замолчи, рабыня! — крикнула Бера.

Хильда опустила голову.

— Подумать только, — продолжала Бера, — я пожалела девку в ошейнике!

Хильда не осмеливалась произнести ни слова. В такой ситуации рабыня должна молчать, иначе она может лишиться жизни. Девушка задрожала.