– Скажу, что на момент разговора документы уже отнесли, а я не знал.

– Это вам не поможет, она вас все равно смешает с грязью, - усмехнулся Аркадий и ушел на свое место.

Я перечитал обязанности два раза, потом взял чистый лист бумаги, написал вверху: "Я", провел от этой буквы стрелку по левому краю и написал под ее жалом: "Аркадий". Вторая стрелка по правому краю уперлась в слово "Вероника". А средняя стрелка указала на "Катю". От Аркадия вышли две стрелки, на Аллу и Ларису, от Кати тоже две стрелки, на грузчиков и водителей, от Вероники стрелка была одна, она указывала на клиентов. Полюбовавшись на плод своих усилий, я решил перерисовать схему заново, таким образом, чтобы вдоль стрелок и под именами можно было написать комментарии. Взяв новый листок, я первым делом вместо слова "Я" написал "директор". Это было не так самоуверенно. Глядя на предоставленные мне листки, я подписал под именами обязанности каждого, потом долго смотрел на схему, пытаясь понять и запомнить, кое-что вычеркивал и исправлял, добиваясь того, чтобы люди не дублировали друг друга. Наконец я понял, что представляет из себя фирма "Дисконт", переписал схему начисто и положил на стол перед глазами, как руководство к действию.

Подошла Лариса и сказала, что поедет в банк. Я кивнул. Вслед за ней появился Марсель, он сообщил, что собрал со всех наших точек тару. За один раз все отвезти не получилось, последний рейс сделал сегодня с рынка по пути на работу. На рынке он встретил Серегу, тот велел мне напомнить, что в двенадцать у нас с ним встреча. Я поблагодарил его и стал читать папку с надписью "мероприятия". Прочитав соображения сотрудников, я решил систематизировать их предложения и переписал на новый лист, разбив предстоящие изменения на пункты. Как и следовало ожидать, повышение оборота требовало вложения денег. Нужно было купить еще одну ГАЗель, еще один компьютер, принять на работу двух грузчиков и одного кассира-оператора. Самая длинная записка принадлежала Аркадию, кроме всего прочего, он считал, что нам необходим кредит в двести - триста миллионов. Что ж, это будет сделать посложнее. Я вспомнил слова Спарыкина о том, что фирма с чужими деньгами не работает.

Я не сделал никаких выводов и решил ничего не предпринимать, не посоветовавшись с Нелей и подполковником.

В следующей папке лежали баланс и журнал движения денег. Честно говоря, я неважно разбираюсь во всех этих бухгалтерских документах, поэтому, чтобы вникнуть, мне пришлось потратить немало времени. Все оказалось правдой, объемы действительно были гигантскими. Игорь имел полное право называть меня мелочевщиком. У меня возникло несколько вопросов и я позвал Аркадия.

– Вот, в январе в три захода, Игорь выбрал из кассы триста миллионов. Написано, временно. Куда они пошли?
– спросил я.

– Я не знаю, - задумался Аркадий.
– Он говорил, что внесет их обратно через месяц, но потом, видимо, передумал и превратил их в дивиденды. После Нового года мы все получали премию, а учредители - дивиденды.

– По черному?

– Естественно.

– Ясно. А вот в балансе, в октябре, приход из банка ста миллионов, а в декабре - обратно в банк. Это что?

– Получение и возврат кредита.

– Опа! А я думал, что вы кредитами не пользовались.

– Мы уважаемые клиенты. Для нас в банке открыта кредитная линия. Невозможно развиваться без кредитов.

– Согласен, просто не все так думают.

– Правда, Игорь почему-то это скрывал, о кредитах знали только он, я и Лариса. Все было так таинственно.

– А сейчас мы ничего не должны?

– Нет. Мы кредитуемся только в тех случаях, когда увеличиваем объемы, расширяем ассортимент или делаем большие покупки, например, КамАЗ. Кредиты берем месяца на два, на три и всегда вовремя рассчитываемся. Если обороты увеличатся, то кредиты нам понадобятся. Я писал об этом.

– Все ясно. Аркаш, уберите снежинки.

– Какие снежинки?
– не понял он.

– С окон. Весна на улице!

– Хорошо, - сказал он и ушел. По-моему он только сейчас обратил внимание на то, что висело на окнах.

Зазвенел сотовый.

– Алло, Николай, я вам звонила сегодня утром, - сказал знакомый женский голос.

– Слушаю вас, Иволга.

– Мне нужно с вами встретиться. Желательно сегодня вечером.

– Часов в семь я буду свободен.

– Вы можете подъехать к Оперному театру?

– В половине восьмого.

– А как я вас узнаю?
– игриво спросила она.

– Я буду на белой "восьмерке".

– Пока.

Перед тем, как ехать на стрелку, я решил перекусить. Спустившись вниз, на импровизированную кухню, я попросил бабу Аню накормить меня, сказал, что я - новый директор. Баба Аня не производила впечатления чистоплотной особы, да и вся кухня отнюдь не блестела, тем не менее, щи, которые она приготовила, были очень даже ничего. Кроме щей, меню включало в себя котлеты с гречкой и чай с блинчиками. На столе стояли две пиалы с медом и вареньем. Пока я набивал брюхо, мне в голову пришла мысль о том, что я не знаю, куда ехать. Я достал трубку, чтобы кинуть сообщение на пейджер Сергею, но в это время заиграл мой собственный. В сообщении говорилось: "Институт "Архпроект", со двора, офис двадцать четыре". Я не раз замечал, что наши мысли совпадают не только по содержанию, но и во времени.

Когда я садился в машину, из здания выскочила Алла и стремглав побежала ко мне.

– Николай Александрович, вы уезжаете?

– Да.

– Звонили из охранного агентства. Они спрашивают, присылать ли к нам нового охранника.

– А смысл?

– Я тоже так думаю, - почему-то обрадовалась она и помчалась обратно.

– Алла, - позвал я.
– Я всегда на связи, - и показал ей трубку, когда она затормозила и обернулась.
– Не надо так бегать и рисковать своими прекрасными ножками на мокрой и скользкой земле.