– Ой! Какой вы неразговорчивый! А я о вас много слышала от папы. Знаете, кто мой отец? Его зовут Сергей Петрович, он работает механиком на машине, которая называется ЗР-2. А знаете, как вас папа хвалил? Он такое про вас рассказывал!

– Простите. Как вас зовут?
– спросил Семен, чтобы хоть на минуту остановить этот словесный поток.

– Людмила. А можно просто Мила. Фамилию мою вы, конечно, не забыли? Она же у меня смешная. Девчата часто в шутку называют меня то вторником, то средой... Ну и над вашей фамилией можно подшутить. Елена Павловна, секретарь главного инженера, называет вас знаете как? Бурыкин-Мурыкин.

– Знаю...
– сдавленно проговорил Семен.

Ему очень хотелось отделаться от чрезмерно жизнерадостной и разговорчивой соседки, но как это сделать, он положительно не знал. Семен повернул голову к ребятам, как бы прося у них защиты. Но все были увлечены каким-то веселым разговором и не обращали на него внимания.

– Да! Неплохо было бы, Степан, приспособить звукоразрыхлительную машину для великих строек, - громко проговорил Семен, обращаясь к Кириллину.

– Так за чем же остановка! Думай! Ты же у нас самый главный изобретатель, - ответил за Степана Чердаков.

Шутка Чердакова показалась Васе очень смешной. Он громко хохотал, приговаривая:

– О-о-й!.. Не могу... Изобретатель!..

Вдруг Семен увидел, что девушка усаживается поудобнее и уже приоткрыла свой маленький ротик, чтобы снова держать большую речь. Спасение он видел в одном: заговорить с ребятами.

– Вася! А, Вася! Что это ты сегодня совсем не куришь?
– спросил Семен, искоса озираясь на свою соседку.

Вася сел на песок и сразу стал мрачным.

– Это серьезный вопрос, товарищи, - проговорил он задумчиво.
– Представьте себе - бросил!

– Как? Почему?
– спросили сразу несколько человек.

– Тут действовало три причины, так сказать, комплексным образом.

– Какие? Расскажи! Интересно!

Вася поджал ноги по-турецки, обвел унылым взглядом ребят и начал приглушенным голосом.

– Прежде всего - влюбился. Да! Представьте себе! Чего вы смеетесь? Понравилась мне одна девушка. А она заявила твердо: до тех пор, пока ты не перестанешь сосать эту гадость и давиться при мне дымом, не буду с тобой разговаривать!

– Ой, как это замечательно!
– воскликнула соседка Васи, всплеснув ладонями.

– Это одна причина и не самая главная, - степенно продолжал Вася.
– Вторая - новую рубашку насквозь прожег в трех местах. Очень обидно! Это уже посущественней...

– А третья?
– нетерпеливо спросил Ваня Быков, видя, что рассказчик медлит.

– Третья, пожалуй, самая серьезная. Встретил меня как-то главный инженер, похлопал по плечу и говорит: - Что это ты, Вася, над собой вытворяешь? Зачем ты куришь? Хочешь казаться более солидным? Так ты и так очень солидный и представительный! Зачем же портить свое здоровье? Очень мне жаль тебя, поскольку ты, с моей точки зрения, человек весьма дельный! Таких способных людей как ты - считанные единицы! Сейчас ты молод и бросить курить тебе будет легко. А дальше - труднее! Очень прошу тебя - прекрати это бессмысленное занятие!

– А перестать врать он тебя еще не просил?
– язвительно осведомился Чердаков.

Все ожидали, что Вася обидится. Но он только небрежно махнул рукой и ответил шутливо:

– Об этом у нас будет разговор в следующий раз.

– Это неправильно, девочки!
– разочарованно протянула соседка Семена.

– О чем ты?
– спросил Чердаков.

– Ну, как же! Главными причинами он считает разговор с инженером и свою прожженную рубашку, а благородное влияние любимой девушки ставит, нахал, на последнее место. Разве это не противно слушать?

Во время этого разговора Семен получил полную возможность снова углубиться в разгадку странной идеи, скорее смутного предчувствия, настойчиво бродившего в его голове. Разговорчивая соседка, по-видимому, сочла поведение Семена невежливым, обиделась и демонстративно улеглась на песок, уткнувшись носом в свой локоть, так что перед Семеном торчали только ноги. "

Что же это может быть за машина?" - - мучительно думал Семен.

Он медленно водил головой по сторонам, рассеянно вглядываясь в окружающие предметы, как будто они могли подсказать решение. В сущности говоря, он почти ничего не видел. Творческий процесс целиком поглотил его внимание. Как сквозь дымку, перед ним поблескивала водная гладь. Кажется, где-то далеко плыла лодка. Рядом резвились купающиеся, брызгались, ныряли, шумели. Но все это ощущалось смутно. Воображение Семена, создающее и быстро ломающее какие-то еле уловимые контуры каких-то деталей, заслоняло собой реальный мир.

Но что это? Подсознательное чувство, иногда помогающее творчеству, вдруг подсказало Семену, что он перед собой видит нечто интересное. Это уже не была игра воображения. Нет! Перед ним было нечто явно реальное, очень простое и удивительно интересное!

Взгляд Семена остановился на ступне ноги рядом лежащей девушки. Она беспрерывно шевелила пальцами, чуть передвигая ногу. Благодаря этому в песке образовалось маленькое продолговатое углубление.

Что-то магическим образом притягивало внимание Семена к этой канавке. Вот пальцы ноги углубляются в песок... Быстрым движением небольшое количество песка отбрасывается в сторону... Часть песчинок снова осыпается в углубление...