Общее молчание длилось почти минуту.

— Похоже, сейчас не врешь, — произнесла, наконец, Марго. — А если врешь, то не полностью. Только зря ты это без спросу затеял… — Она оглядела всех, сидящих за столом. — Теперь нам предстоит решить, насколько опасно это виртуальное ручное чудовище.

— Да нисколько не опасно, начальница, — хлопотливо заговорил Гаденыш, хотя Марго адресовалась явно не к нему. — Это же вроде ослабленной культуры бактерий, которая для прививок. Сечешь? Не сама холера, а сыворотка от холеры.

— Раз твоя машина принимает сигналы Легиона, он принимает ее сигналы, и в конце концов заинтересуется ими. — В голосе Марго появились раздраженные нотки. — Ты своими игрушками можешь засветить нашу квартиру.

— Да ты что, начальница? Легиону не до того, мало ли, какие-то сигналы. Их наверняка в мире много. Ну, а если со временем и заинтересуется, то гандошить сразу не станет. Ведь он ему, хоть и машинный, а родственник. — Гаденыш радостно усмехнулся собственной шутке.

— Или ты опять что-то темнишь, или у тебя голова не в порядке, — раздумчиво констатировала Марго. — Скорее, думаю, первое… Так что будем делать?

Платон предложил соломоново решение: виртуального Легиона не уничтожать, а перевезти в другое место, например, в одну из «явочных» квартир в «зону».

— Поближе к оригиналу, — сухо улыбнулся он.

— А по-моему, эта штука опасна, где бы она ни находилась, — робко вставила Лиза.

— Ты права, девочка, — грустно согласилась Марго, — только нынче мы в таком положении, что, куда ни ткнись, кругом все опасное.

— Нельзя, начальница, даже на время нельзя его отключать, — снова затараторил всем уже надоевший своими причитаниями и враньем Гаденыш.

— Это твои проблемы, — жестко оборвала его Марго, отдельно раздраженная тем, что он по отношению к этой дурацкой машине воспользовался местоимением мужского рода. Значит, и впрямь видит в ней Легиона…

Перебазирование виртуального Легиона на новое место жительства потребовало трех рейсов на машине. Гаденышу обещали возможность навещать свое детище раз в сутки.

Разборка с Гаденышем всем, включая его самого, предоставила определенную эмоциональную разрядку. Но теперь ситуация сидения на вулкане в ожидании, когда он проснется, возобновилась.

Марго с беспокойством стала замечать в глазах Лолиты, когда она смотрела на Гаденыша, неудовольствие — слава Богу, пока не отвращение. Сколько еще у нее хватит сил нести этот крест?.. До сих пор своих обязательств она не нарушала. Пусть терпит… Труженица…

Вулкан бездействовал ровно пятнадцать суток. Извержение началось ночью, во втором часу, с обычных импульсов Легиона, предписывающих самоубийства. Они методично следовали точно через минуту в течение часа, всего шестьдесят сигналов, и все были подавлены. Такого массированного наступления Легион еще не предпринимал, и Платон решил на всякий случай вызвать Гаденыша. Его извлекли телефонным звонком из постели Лолиты, и она пришла вместе с ним, желая поглядеть, что происходит. Как выяснилось позднее, ее любопытство спасло ей жизнь.

В отражении первой атаки Легиона участвовали шестьдесят излучателей, а всего их теперь по городу было установлено около трехсот. Резерв был велик, но кто знает, быть может Легион решит одолеть эти электромагнитные бомбы измором, повторяя свои импульсы бесконечно? Впрочем, рассуждал Платон, если возможности самого Легиона, в смысле импульсов, неограничены, то вряд ли то же самое относится к физическому уничтожению излучателей. В любом случае Платон хотел выяснить, будет ли Легион громить излучатели, а если будет, то какими методами, и заранее установил несколько из них так, чтобы дома, на чердаках которых они находились, были видны из «штабной» квартиры в бинокль. Два из этих излучателей попали в число первых шестидесяти, и теперь Платон поочередно с Марго непрерывно наблюдали за соответствующими двумя высокими крышами.

Ответ не заставил себя долго ждать: сразу же после появления Гаденыша и Лолиты последовали две вспышки, и через пару секунд донесся приглушенный расстоянием грохот двух взрывов. Одновременно компьютер сообщил о выходе из рабочего состояния соответствующих излучателей. Легион опять воспользовался старым добрым гранатометом. Да и что еще, собственно, можно было придумать?.. В обоих домах после взрыва начался пожар, в бинокль были ясно видны языки пламени. Значит, этой ночью надо ожидать по меньшей мере шестьдесят пожаров. Дорого же ценит Легион свою нематериальную персону…

Физическая агрессия Легиона требовала изменения тактики. Платон поручил Гаденышу перекоммутировать излучатели таким образом, чтобы каждый очередной включался подряд столько раз, сколько успеет сработать до своего уничтожения. Гаденыш выполнил это задание, набрав короткую команду на клавиатуре компьютера.

Марго задала ему вопрос, до которого, как ни странно, до сих пор никто не додумался: а не может ли Легион запеленговать радиоприказы, передаваемые из штаб-квартиры излучателям?

— Не может, — уверенно заявил Гаденыш, — это сообщения на частотах мобильных телефонов, они неотличимы от обычных телефонных переговоров. А уж этой ночью, начальница, думаю, много людей будут звонить друг другу.