Шрифт:
– как ты смеешь оскорблять меня, сучка... Да, матери - они такие.
– Ну вот, в общем, мама, и я тоже, мы хотели бы просить вас об одной вещи.
– Слушаю. они мне все погубят? лишат меня моей любви?
– Вы будете продавать мебель, объявите распродажу?
– я спасена? Нет, за нее ничего не выручишь, и потом, если придется покупать новую мебель в Коскине, выйдет втридорога. К тому же не знаю, есть ли там вообще мебельный магазин, представляете, если придется заказывать аж в самой Кордове?
– Мы с мамой так и думали, что вы повезете отсюда.
– Да, повезу отсюда. У меня уже и предложение по дому есть, знаете? ничто, ничто меня не остановит
– В общем, мама, и я тоже, мы просим вас об одном: вы не встретите никаких возражений с нашей стороны, но мы просим вас никому не говорить, что вы едете в Коскин. нахалка, сойтись с парнем младше себя
– Не беспокойтесь, я сама не собиралась никому говорить, и дочери тоже не всё. Сами знаете, какие тут длинные языки. Слышали, что говорят про Мабель... вот тебе, на, она твоя подружка
– ты на что намекаешь, и еще зоб развесила? Я в это не верю. Девушка из приличной семьи, как Мабель, не могла спутаться с этим метисом.
– все вы шлюхи, а ты хуже прочих. Возможно, это и выдумки. Но, кажется, в показаниях она сама себе противоречила.
– Наверное, волновалась... Итак, вернемся к нашему делу, пусть даже вы не скажете про Коскин, люди догадаются, если вы не будете осторожнее. Например, мебель не стоит отправлять отсюда.
– А как же мне сделать?
– Если вы отправите мебель через здешнюю транспортную фирму, все сразу об этом узнают. Пошлите мебель отсюда на адрес вашей дочери в Чарлоне, а оттуда в Коскин. И во всем принимайте те же меры предосторожности.
– Хуана Карлоса тебе у меня не отнять. Какие еще предосторожности?
– Во всем. Тогда никто не узнает, что вы там с моим братом. Вы должны понять, что для нашей семьи это стыд и позор. вот я тебе и сказала
– нет, стыдно воровать. Если Господь послал эту болезнь вашему брату, значит, на то была воля Божья, и стыд здесь не поможет.
– Но вы обещаете мне поступить так с мебелью и с купчей на дом? Вам следует для всех формальностей давать адрес вашей дочери в Чарлоне. Обещаете?
– Обещаю. а ты, шлендра, лезешь в машину к коммивояжерам, карлица гадкая, какое право имеешь ты говорить со мной таким тоном?
Эпизод тринадцатый
...часы летят, их не вернуть назад.
Альфредо Ле Пера
Дело было осенним вечером. На этой улице Буэнос-Айреса деревья росли под наклоном. Почему? Высокие многоквартирные дома по обе стороны тротуара заслоняли солнечные лучи, и ветви тянулись согбенные, словно умоляя, к середине мостовой... в поисках света. Мабель шла на чаепитие к подруге, подняла глаза к вековым кронам, увидела, как мощные стволы склоняются, унижаясь.
Вероятно, смутное предчувствие охватило ее горло шелковой перчаткой, Мабель сжала в руках букет роз и вдохнула сладкий аромат, - почему ей вдруг подумалось, что осень пришла в город навеки и никогда его не покинет? Фасад многоквартирного здания показался ей роскошным, однако отсутствие ковра у входа успокоило: здание, в котором ей весьма скоро предстояло жить, напротив, располагало этим важнейшим элементом для определения категории дома. В лифте все же висело зеркало, и она пристально осмотрела свой макияж через тонкую вуаль шляпки черного фетра, украшенной гроздью целлофановых вишенок. Напоследок она пригладила мех лисьих хвостов, накинутых на плечи.
Третий этаж, квартира "Б", с высокой прической и густыми тенями на глазах открывшая дверь подруга Нене показалась ей несколько постаревшей.
– Мабель, как я рада тебя видеть!
– и они дважды поцеловались в каждую щечку.
– Нене! ах, что за Божий ангелочек, и уже ходит, сокровище!
– она целовала ребенка и заметила дальше, в манеже, младшего сына подруги, - а у меньшего - дивное личико!
– Нет... Мабель... вовсе они и не дивные, правда ведь не красавцы? искренне сказала мать.
– Нет, чудные, такие бутузы, такие курносенькие, сколько маленькому?
– Малявке восемь месяцев, а большенькому уже исполнилось полтора года... хорошо хоть, что мальчики, да? и не так уж важно, что не красивые...
– Нене почувствовала себя несчастной, ей нечем похвастать, кроме двух малопривлекательных детей.
– Ой, они у тебя прямо подряд... ты времени зря не теряла, а?
– Ах, знаешь, я так боялась, что дни у тебя пролетят и ты не успеешь меня навестить, как идут приготовления?