– Чего?..
– пораженно воскликнул Ылдя.

– Чего слышал! С тобой разговаривает младший тойон Марга, понятно?!

– Какой еще Семен Первый?..
– ошеломленно спросил Ылдя, опуская пистолет.
– Погоди... Подожди... Ах, блин, это ж Ваня Инокентьев, мы вместе учились в институте связи, вот гад, точно, мы пили, и он назвал себя Семеном Первым... И блевал потом, и икал, и рыгал...

– Молчать!
– крикнул Марга.
– Сейчас получишь! Я обо всем доложу его величию!

– А. где же мои городские войска, охрана?!
– сокрушенно воскликнул Ефим.

Марга довольно усмехнулся и криво сплюнул.

– Они все перешли на нашу сторону. И вас я тоже приглашаю. Ну, кто желает служить великому царю Якутии, а?

Наступило напряженное молчание, потом какой-то воин сзади осторожно и тихо произнес:

– Да все, наверное, как я понимаю...

Тут же началась оживленная неразбериха, и воины устремились к одетому в абрикосовую форму Марга.

Ылдя недоуменно смотрел на это движение, вертя головой туда-сюда. Солдаты проходили мимо, не обращая на него внимания, только Чюппюю, проследовавший справа от Ефима без конвоя, отщелкал ему смачный щелбан по лбу и, ухмыльнувшись промолвил:

– Ужрись, скотина!

– Что это... Как это...
– лепетал Ылдя, видя, как его покидают все подданные.
– Я же ваш царь! Вы же со мной! Как же клятва, присяга, песня!

– Да иди ты!
– бросил ему Чохух и злобно харкнул. Скоро все войско в розовом выстроилось за человеком с карабином в абрикосовом. Перед ним остались стоять только Ылдя и Софрон, и остались лежать трупы Тюмюка и Борисова.

– Ну вот и все, - радостно проговорил Марга, чмокнув губами.
– А вы, значит, не желаете присоединяться к прекрасному войску великолепного царя Якутии?.. Или вы против Якутии?..

– Я - царь Якутии!
– твердо произнес Ылдя.
– Я родился царем и умру таковым. Делай свою гнусь, гадина!..

– Да кому ты нужен!
– расхохотался Марга.
– Вы объявляетесь вне закона. Сейчас вы свободны, но вы должны тут же покинуть Якутию и никогда не пересекать ее границ. И прежде всего границ замечательного города Алдана! Убирайтесь вон, в тайгу, в ямы, в болота. Схоронитесь там, пока мы вас не нашли. Все равно вы никуда не денетесь! Но мы вам даем шанс - ха-ха-ха-ха!!

– Да чтоб вы все сдохли!
– раздраженно взвизгнул Ылдя, взял Жукаускаса за руку и прошептал ему: - Побежали, или вы хотите остаться с ними?

– Зачем они мне?
– поразился Софрон.
– Вы же агент! Я не ел, наверное, уже больше суток. Вы умеете кушать мхи и мастерить силки?

– Ты что, думаешь, мы в самом деле в лесу будем?..
– сказал ему Ылдя, а потом громко добавил: - Мы уходим!

– Давай, давай!..
– засмеялся Марга.
– Желаю приятной мерзлоты и приполярных фруктов. Десять минут я не стреляю, а потом уж пеняйте. И - раз!!

Жукаускас и Ылдя тут же со страшной скоростью бросились в сторону от шоссе, и, петляя, побежали в какую-то рощицу, где росли вялые северные бананы с крошечными, похожими на пупырышки какой-нибудь детской игрушки, плодами. Они затерялись в пышных молодых лиственницах, нежно щекочущих их ладони своими мягкими иголочками, когда они раздвигали перед собой их ветки, и наконец тяжело дыша, остановились. Марга и солдат не было видно.

– Надо дальше бежать!
– сказал Ылдя.
– Сейчас стрелять будут.

– Я устал...
– мрачно сказал Софрон.

– Давайте, а то облаву сделают!

– А куда нам бежать?! Мы обречены.

– Перестаньте!
– строго крикнул Ылдя.
– Побежим на аэродром. Там летчики Советской Депии. Если их не захватили, попробуем спрятаться там. Я вообще знаю туда ходы - золото-то вывозили в свое время...

– Так вы еще и вор!
– жестко сказал Софрон.

– Перестань, сейчас главное выбраться из этого чертового Алдана. Ну, Семен, ну, гнида... И мои войска хороши. А ведь так раболепно ходили!..

– Не надо из себя дохлого разыгрывать на поле битвы!
– нравоучительно сказал Софрон.

– Ну хватит вам! Вперед!

И они побежали, задыхаясь. Сзади донесся насмешливый голос:

– Время истекло! Стреляю!

Раздалась автоматная стрельба; стали падать какие-то ветки. Жукаускас и Ылдя, затравленно пригибаясь, бросились в сторону виднеющегося просвета - туда, где, как казалось, кончалась роща и начиналось что-то еще. Буквально через минуту стрельба закончилась.

– Это они так...
– устало сказал Ылдя, - на всякий случай. Теперь можно не спешить. Пусть совсем стемнеет, и мы влезем в запретную зону аэродрома.

– А еда?
– спросил Софрон.
– А вода? Я скоро умру!

– Надо стойко переносить все, что с тобой происходит!
– важно ответил Ефим.
– Мы попробуем подцепить что-нибудь в аэропорту. В конце концов, купим каких-нибудь дерьмовых котлет, или коржиков.

– Нас же схватят!

– Перестань!..
– осуждающим тоном сказал ему Ылдя.
– Надо бороться, дружок! А ты хочешь, чтобы тебе на блюдечке все принесли?

– Извините, - буркнул Жукаускас.

Ылдя вдруг остановился, лукаво посмотрел в усталое лицо Софрона, подмигнул ему и щелкнул его по плечу.