– Ну и планировка, – не выдержал Вик.

– Здание старое, – словно извиняясь, объяснил Саня.

– Самое старое в городе, – гордо поправила Аюми. Было б чем гордиться!

Вик, видно, подумал о том же.

– Больницы должны быть в самых новых зданиях, а не в самых старых, – отчеканил он. – По старым нужно туристов водить. Тут же подохнешь, пока тебя до врачей дотащат!

– Хватит бухтеть, пришли, – бросил Саня, открывая очередную дверь. – Здесь.

Вик присвистнул, демонстративно обвел взглядом нагромождение приборов, из-за которого едва торчал краешек койки.

– Это еще кто? – На свист из самого центра этого бесполезного сооружения вынырнул маленький, щупленький, седой и морщинистый медик. – Почему без халатов?

– Зачем халаты? – спокойно спросил Вик. – В данном случае не нужны ни халаты, ни всё прочее, чем вы здесь развлекаетесь. Уж извините.

– Виктор, ты все-таки повежливее с профессором! Он, знаешь ли, абсолютно не виноват в твоем испорченном отпуске. – Голос шефа глухо доносился из самой глубины сооружения. Интересно, он выбраться оттуда не может или просто предпочитает не оставлять Алика?

– Я извинился, – буркнул Вик. – А халатов нам никто не предлагал.

Я проскользнула в щелку между профессором и острым углом чего-то громоздкого, опутанного проводами.

– Привет, Зико Альо Мралла, – кивнул мне шеф. – Вот, полюбуйся.

Алик, и верно, в трансе. В глубоком. Мне не надо разбираться во всех этих приборах, чтобы увериться в диагнозе. Что я, людей после мрраврлы не видела!

– Студент, – усмехаюсь я. – Некоторые слюни пускают, а он вон какой серьезный.

– Мрарла? – убито спросил шеф.

– Вы говорить с ним пробовали?

– Видите ли, – вклинился между нами профессор, – в таком состоянии человек почти не реагирует на внешние раздражители. Поскольку…

– А вы пробовали? – непочтительно перебила я. – Не вообще, а конкретно с ним? Ведь не пробовали? – Я притулилась на край койки рядом с Аликом. – Эй, студент! Алик! Привет, Алик, это я, Альо!

– Но послушайте! – Профессор затрясся от возмущения.

– Подождите. – Шеф мягко взял его за руку. – Пусть. Вы ведь долго с ним возились, пускай теперь она попробует.

– Я знаю, тебе не хочется, но я очень прошу, Алик, отвечай мне. Это важно. Ты понял, что с тобой? Ответь, Алик! Пожалуйста!

– Понял, – словно нехотя буркнул Алик. – Я это уже пробовал. Твой дружок Ран угощал.

– Прелестно! – не удержалась я. – И как же ты умудрился вляпаться?

– Силой напоили. Их трое было… схватили, нос зажали…

– Лопух, – фыркнула я. – Еще чему-то там учился.

– Лопух, – лениво согласился Алик. – А ты не задавайся, кошка драная. И с тобой бывало.

Шеф хмыкнул. Будто засмеяться хотел, но вспомнил, что ему не до смеха. И спросил вместо этого:

– Описать их сможешь, парень?

Алик шефа проигнорировал. Я бы, конечно, не надорвалась повторить, но не такие же глупости!

– Чего они хотели? – спросила я.

– Все того же, – протянул Алик. – Но вы не волнуйтесь. Не настолько я отключился, чтобы не соображать, что говорить, а что нет.

– Ты смог не отвечать? – Я удивилась. Сильно удивилась. Способа обойти мрраврлу пока не знали.

– Драконы поддаются этому зелью? – спросил Алик.

– Нет, – прошептала я. – Алик, нет! Выходит, это не только от иллов защита! Слушай, ты молодец.

– Правда? – В ленивом голосе Алика прорезалась нотка его обычного ехидства. Едва ощутимая. – Тогда отстань и дай покайфовать спокойно. Мне знаешь как хорошо…

– Забавно, – хмыкнул шеф. – Интересная вышла накладочка. Да… ханны никогда не наглели до того, чтобы оставлять явные следы на чужой территории. Мрарла на Земле!

– Ханны ни при чем, – возразила я. – Это невидимки.

– Почему? – быстро спросил шеф.

– Что Алик интересен иллам, мы знаем. А с какого бока он мог ханнам понадобиться… да откуда ханны вообще о нем знают! У иллов есть возможность обеспечивать себя мрраврлой – ханнский поселок на Полигоне. И у кого больше шансов остаться незамеченным в маленьком городке?

– Шерлок Холмс, – насмешливо протянул шеф. – Гремучая смесь дедукции и интуиции.

– Ладно, шеф, признаюсь, – фыркнула я. – У него волосы невидимкой воняют. Если честно, я постоянно удивляюсь, как это вы их не чуете.