Когда Пибоди отошла, Ева достала записную книжку и начала вносить в нее данные.

– Прошу прощения. Лейтенант Даллас?

Обернувшись, Ева увидела маленькую модно одетую женщину с темными волосами, уложенными аккуратными волнами.

– Должна попросить вас выйти из этой комнаты.

– Да, понимаю. Но думаю, что могу оказаться вам полезной. Я Оливия Фитч, одна из партнеров Генри. И его вторая жена. – Женщина посмотрела на труп. Ее губы дрогнули, но она плотно их сжала и добавила спокойным голосом: – Мне сказали, что вы ведете расследование. Я надеялась, что и вы смо­жете сообщить мне… что-нибудь.

– Здесь есть место, где мы могли бы поговорить, миссис Фитч?

– Да, конечно. Как насчет моего кабинета? – Она направилась к двери. – Я расскажу вам все, что знаю, а потом уж уведомлю персонал и обдумаю, что делать дальше.

Оливия открыла дверь другого углового кабине­та. Он был такого же размера, что и кабинет Муто­на, одно из окон выходило на восток, а не на север, и обстановка была менее спартанской.

– Для вас это трудное время… – начала Ева.

– Да, очень. – Вместо того чтобы подойти к столу и сесть, Оливия направилась к окнам. – Мы с Генри развелись четыре… нет, пять лет тому назад, и он женился снова. Это явится страшным ударом для Эшли. Было бы достаточно трудно пережить его смерть, но убийство… Это потрясает до глубины души.

– Вы знаете кого-нибудь, кто желал бы причи­нить вред мистеру Мутону?

– Мы юристы. – Пожав плечами, Оливия ото­шла от окон. – Кто только не желает нам зла! Но я не могу представить никого, кто сделал бы такое с Генри. Конечно, он мог довести дебелого каления, и жить с ним, с моей точки зрения, было невозмож­но. Генри так… был так зациклен на поддержании своего рутинного распорядка, что иногда хотелось его как следует пнуть. Но не убивать же его за это.

– Немногие супруги остаются после развода де­ловыми партнерами, – заметила Ева.

– Еще одна раздражающая черта Генри. – В гла­зах Оливии блеснули слезы. – Он был чертовски логичен. К чему нам устраивать переворот в фирме из-за того, что наш брак распался? Разве нам плохо работалось вместе? В данном случае мы пришли к согласию. Факт в том, что мы были куда лучшими деловыми партнерами, чем любовниками. Не знаю, были ли мы друзьями… Возможно, теперь мне при­дется обратиться за помощью к своему адвокату. – Оливия вздохнула. – Одной мне не справиться.

– Почему он пришел сюда до начала рабочего дня?

– Генри всегда приходил на работу ровно в семь утра, что бы ни творилось на улице – дождь, снег или всемирный потоп. В чем бы его ни упрекать, к работе он относился в высшей степени добросовест­но. Он любил свою фирму, свою профессию, забо­тился о соблюдении законов… – Ее голос дрогнул, и она прижала ладонь ко рту. – Проклятие!

– Хотите стакан воды?

– Не нужно. Я не истеричка. – Оливия распра­вила плечи. – И я тоже хочу, чтобы законы соблю­дались. Я хочу, чтобы тот, кто это сделал, был пой­ман и наказан. Поэтому задавайте ваши вопросы. Могу гарантировать вам стопроцентное сотрудничество всех сотрудников фирмы – в противном случае я спущу с них шкуру.

– Благодарю вас.

Дверь приоткрылась, и в комнату заглянула Пибоди:

– Могу я поговорить с вами одну минуту, лейте­нант?

– Пожалуйста, подождите здесь, миссис Фитч. – Ева вышла в коридор. – Что ты обнаружила?

– Отпечатки Джулианны Данн в комнате секре­таря. Она была здесь и даже не позаботилась о том, чтобы их уничтожить. Кроме того, я взяла диски у охраны.

– Хорошо. Найди мне управляющую офисом и пришли ее сюда, когда я покончу с Фитч. – Ева вер­нулась в кабинет. – Миссис Фитч, вы знаете жен­щину по имени Джулианна Данн?

– Данн? Что-то знакомое… – Она удивленно приподняла брови. – Убийца Уолтера Петтибоуна и еще нескольких человек? Я слышала об этом в пере­дачах новостей и читала в газетах. Думаете, она… Но почему? Как она могла… – Оливия опустилась на стул.

– Вы видели здесь женщину, соответствующую ее описанию?

– Нет. – Оливия прижала ладони к щекам. – Не могу понять, каким образом…

– Она была здесь, в комнате секретаря. Наде­юсь, ваша уборщица вытирает пыль каждый вечер?

– Разумеется. У нас прекрасная прислуга.

– В таком случае Джулианна Данн была здесь сегодня утром. Могу я воспользоваться этим? – Ева указала на компьютер.

– Да, пожалуйста.

Ева вставила диск, который ей передала Пибоди.

– Вы знаете, в какое время убирают эти помеще­ния?

– По расписанию уборку на этом этаже произ­водят между двенадцатью и двумя часами ночи.

Ева запрограммировала начало просмотра с двух часов и уставилась на монитор, периодически оста­навливая изображение, когда кто-нибудь входил в вестибюль. В основном это был обслуживающий персонал, заступавший на ночную смену. Но без чет­верти семь в здание вошла привлекательная брюнет­ка в щегольском деловом костюме и направилась к столику дежурного.