— Вы должны были предупредить меня, Диана.

— Я хотела быть уверена.

— Но я ведь просил — не играйте в детектива.

— Вы сами поручили мне все разузнать о Люсьене.

Полицейский дернул плечом:

— Подведем итоги. Итак, вы считаете, что авария была покушением на убийство, так?

— Да.

— Водитель грузовика уснул… по команде… какой-то внешней силы или чего-то там еще, не знаю, чего именно…

— Его усыпил гипноз.

— Допустим. Но как можно было подстроить аварию в конкретном месте, в конкретное время?

— Я просчитала маршруты. Грузовик ехал со стоянки на авеню Порт-д'Отей, это рядом с Булонским лесом. По времени он должен был выехать прямо передо мной. Учитывая скорости — мою и его, — вычислить точку встречи ничего не стоило.

— Но как его усыпили?

— Человека можно запрограммировать, и он уснет, если подать условный сигнал.

— Какой сигнал подали этому человеку?

Диана потерла лоб:

— Водитель помнит что-то цвета хаки. Возможно, это военная накидка. Человек стоял у въезда в тоннель.

Черные глаза Ланглуа сверкали из-под седой челки. Он не отводил взор от Дианы.

— Итак, вы считаете, что работала команда убийц?

— Да.

— И эта команда провела нечто вроде войсковой операции?

— Именно так.

— И операция имела единственную цель — устранить вашего приемного сына?

Она кивнула, понимая, сколь абсурдно звучит ее версия. Ланглуа наклонился и спросил, гипнотизируя Диану взглядом:

— Как по-вашему, почему они пытались его убить?

Она убрала волосы со лба и пробормотала:

— Не знаю.

Лейтенант откинулся на спинку кресла и поинтересовался, сменив тему и тон:

— Вы сказали, что Люсьен родился не в Таиланде, а либо в Сибири, либо в Монголии. Каким образом мальчик попал на Андаманские острова?

— Не знаю.

— Понимаете, Диана… — замялся сыщик.

Она взглянула на него поверх очков и спросила:

— Думаете, я сумасшедшая?

— У вас нет ни одного доказательства, все это могло вам просто показаться.

— А шофер? Он не понимает, как мог заснуть, как…

— Что еще может сказать этот человек?

— А человек в защитной накидке? Или его я тоже выдумала?

Полицейский предпочел не отвечать.

— Если принять вашу версию, получается, что Рольфа фон Кейна убили те же люди?

Диана колебалась.

— Думаю, да. Они наказали немца за то, что тот спас Люсьена.

— Но кто предупредил иглоукалывателя об аварии?

— Понятия не имею.

— Немецкие полицейские ничего не нашли — не было ни звонка, ни послания по электронной почте. Похоже, что фон Кейна к Люсьену вызвал Святой Дух.

Выдержав паузу, Ланглуа тихо продолжил:

— Я навел о вас справки.

— Что значит — навели справки?

— Позвонил вашим коллегам, родителям, врачам, которые вас лечили.

— Да как вы могли?! — Диана захлебнулась от негодования.

— Такая у меня работа. В этом деле вы — мой главный свидетель.

— Мерзавец…

— Почему вы не сказали, что много лет ходили к психотерапевту, лежали в клиниках, лечились сном?

— Мне что, повесить на грудь объявление?

— Я мог бы спросить раньше, но… почему вы усыновили Люсьена?

— Вас это не касается.

— Вы так молоды…

Лицо его сморщилось в неловкой улыбке. Каждая морщинка подчеркивала смущенное выражение.

— Ладно, скажу то, что имел в виду: так красивы. — Ланглуа покрутил пальцами в воздухе. — Подобные признания мне всегда тяжело давались. Скажите мне, Диана: зачем вам вся эта затея с усыновлением? Почему вы не попытались… ну, сами знаете: найти мужа, завести семью — словом, пойти классическим путем?

Она не стала отвечать. Ланглуа сложил руки молитвенным жестом, как в первую их встречу тогда, в больнице.

— По словам вашей матери, у вас… трудности с общением.

Сыщик выдержал вопросительную паузу, Диана не ответила, и он продолжил:

— Она сказала, что вы даже обручены никогда не были.

— Это сеанс психоанализа или как?

— Ваша мать…

— Плевать я хотела на мою мать.

Лейтенант прислонился к стене, поставил ногу на корзинку для бумаг и улыбнулся:

— Это я как раз понял… А какие у вас отношения с отцом?

— Чего вы добиваетесь?

Ланглуа снова сменил позу и сел ровно: