– Ага! У истинно интеллигентных людей нет такой силищи! Горлик с кряхтением потирал ребра.
– Я думал, точно всех за борт повыбрасывает. И что на него, дурака, находит?

– То же, что на всех, - Егор осторожно потрогал припухшую щеку.
– Деминтас, кажется, предупреждал про полнолуние. А в полнолуние, господа, всегда что-нибудь происходит. Помните самоубийц в прошлом месяце? А еще чуть раньше - зарезанного в тамбуре?

– Ну?

– Тоже было аккурат в полнолуние.

– Странно. Причем здесь Луна? Далеко же!

– Все одно достает.
– Егор хмыкнул.
– Я точно знаю. Тем более, что их нынче аж до семи штук доходит! Раньше от одной лунатиками делались, а тут целых семь.

– Стервы!
– Марат простодушно поднял голову, словно надеялся разглядеть сквозь потолок виновниц сегодняшних событий.
– Может, и наш океан из-за этих Лун стал подниматься, а?.. В самом деле! Взяли и притянули! Типа, значит, большого прилива.

– Вряд ли...
– промычал Горлик.
– Они ж все вместе и всегда с одной стороны.

Опустившись на четвереньки, он зашарил рукой по ковру.

– Так и есть, разбил, стервец!

– Что разбил-то?

– Да очки. Специально ведь в карман спрятал, боялся, что слетят, а он меня кулаком в грудь. Нет, чтоб по роже!.. Балбес такой!

– Ничего, протрезвеет, возместит, - утешил Марат.

– Как же возместит? У меня же, к примеру, астигматизм! Плюс бифокальные линзы. Тут особые очки нужны.

– А зачем они тебе? Газет-то все равно нет. И письма некому писать.

Егор покачал головой. Простодушная логика Марата умиляла. Действительно, зачем человеку глаза, если видеть особенно нечего? Слава Богу, не в тоннелях катаемся, - по мостам. Хотя и в тоннелях, должно быть, темнотища не хуже...

Хлопнула дверь, стремительным шагом в зал вошли трое с автоматами. С тяжелой сумкой через плечо за ними семенил врач Деминтас. Сухонький, как циркуль, с умным ощупывающим взглядом, он первый разобрался, что к чему.

– Ну, слава тебе Господи, обошлось! Я, признаться, уже на травмы настроился. Днем-то одному клиенту череп табуретом раскроили. Еле-еле спасли. Еще один кисть сломал. Целил кулаком в голову приятеля и промахнулся. Угодил, дубина такая, по титановому бачку...
– Доктор на ходу расстегнул сумку, вытащил шприцевый пистолет.

– Ты погоди расстраиваться, - Марат указал на собственное опухающее лицо.
– Это что тебе, не травма? И Жорка у официанток в подсобке валяется. Едва дышит.

– Если дышит, уже хорошо. Сначала займемся этим субчиком, - Деминтас, манипулируя наборной рукоятью на пистолете, приблизился к Путе. Тот с рыком попытался достать его ногой, но доктор проворно уклонился.

– Сейчас, голубчик, сейчас! Зачем же так? Я тебе, сударик, не враг. Проснешься завтра, самому стыдно станет. Придешь извиняться.

– Ему станет стыдно, как же!..

Орлы с автоматами расслабленно присели на стулья. Сигнал застал их врасплох, заставил в считанные минуты натянуть униформу, с оружием в руках рвануть через вереницу вагонов. Увы, инцидент оказался исчерпанным, и ребята выглядели даже чуточку разочароваными.

– Помогли бы, чего расселись!
– одна из официанток толкнула бедром ближайшего автоматчика. Веснушчатый широкоплечий парень удивленно взглянул на нее. Сердитая насупленность, проступившая на бритой физиономии, тотчас сменилась улыбчивой готовностью балабонить и шутить. Лица подметающей девушки он не видел, зато имел прекрасную возможность лицезреть туго натянутую и лакомо располовиненную на ягодицах юбку. Серьезнее аргумента было не придумать. Забросив автомат за спину, он легко поднялся.

– Так ведь мы не против. Если надо, всегда готовы. Помочь, значит...

Поймав многозначительный взгляд офицера, Егор кивнул. Оставив Горлика с врачом, они вышли покурить в тамбур. Марат тут же отворил специальным ключиком окно, подставил воздушному потоку опухшее лицо.

– Ну что там?
– Егор промокнул кровоточащую губу платком, огладил рукой ноющий затылок.
– Есть новости?

– Верно, сообразил, - Маратик невесело рассмеялся. Кое-что действительно есть... Собственно, я не имею права этого говорить, но какие уж тут, к черту, тайны! Тем более, что дело касается твоего брата.

– Павла?

– Точно...
– Марат выдержал загадочную паузу.
– Думается мне, ты не из болтливых, так что, пожалуй, скажу.

Некая вопросительная интонация в его словах все же угадывалась, и Егор досадливо покривился.

– Начал, так выкладывай!

Глядя на азартно поблескивающие глаза Марата, подумал, что тот еще в сущности мальчишка. Узнал боевой секрет и горит желанием поделиться.

– Конечно, ничего пока не случилось, но пуриты - те самые из взбесившегося поезда - три дня назад перекрыли Карельский проход. Такая вот кулебяка.