– Ой, Ашдваока, - прошептал Хлюпа, открывая глаза.

Ашдваока провел рукой по груди зелененького и мохнатенького.

– Ты опять плескался в болоте?
– спросил он, глядя на свою ладонь.

Хлюпа сел, шмыгнул носом и стал ковырять пальчиком ямку.

Тут уже Даша бросилась его защищать.

– Он все понял, больше не будет, - затараторила она и спросила: - А почему нельзя в болоте плескаться?

– Болото - место страшное, - Ашдваока дал Хлюпе стакан воды. Он попил и совсем пришел в себя.
– В болотную трясину можно провалиться и не вылезти. Вода там грязная, тухлая, пить её вредно.

– А как же Хлюпа сказал, что живет в болоте?
– Недотепа слез с коня, подошел к Ашдваоке и заглянул в его большие голубые глаза.

Все молча посмотрели на зелененького и мохнатенького.

– Это я раньше жил, теперь переехал, буду с Ашдваокой по реке на пароме плавать.
– Хлюпа совсем смутился и стал ещё усерднее ковырять ямку.

– Ты выдумщик и грязнуля, - укоризненно сказал Ашдваока.
– Вы, наверное, думаете, - спросил он у друзей, - что Хлюпа всегда такого цвета? Нет, он просто давно не мылся по-настоящему, с мылом и мочалкой.

– Не хочу с мочалкой, не надо мыла! Ушки мои бедные! В них пузыри попадут!
– завопил Хлюпа, собираясь бежать.

Но его схватили. Ахля моментально намылила зелененького и мохнатенького, Киселев растер мочалкой, а Петька с Ашдваокой подняли и понесли к реке.

Из реки на бережок вылезла деревянная старуха и начала приговаривать:

– Аккуратно заходите, не поскользнитесь, дно вообще-то чистое и коряг нет, если я на берегу, но ям много. Окунайте его, голубчика, поглядим, какой в| после мытья станет.

Когда Хлюпу отполоскали, с него сошла вся зелень. Он стал такой же чистый и прозрачный, как Ашдваока. Только поменьше ростом. Ведь Хлюпа был младший брат.

| - Какой хорошенький, какой симпатичненький!
– продолжала приговаривать старуха, оглядывая его со всех сторон.
– Можешь теперь валиться В мне на голову, когда захочешь.

– Э-э нет, - возразила Ахля, - хватит с нас приключений у реки. Я сейчас поставлю на берегу щит, а на нем напишу правила поведения у воды, и все должны будут их выполнять.

Ахля сказала это так строго, что и Петя, и Даша сразу поняли - речь идет об очень серьезных правилах.

Сестра милосердия махнула рукой, и с парома, на котором совсем недавно приплыл Ашдваока, соскочил деревянный старичок.

– Братец, дорогой!
– опять закричала деревянная старуха.
– Пнюшечка! Как мы давно не видались!

– Это ж надо!
– удивился Петька.
– То братцы, то сестрицы. Прямо какой-то семейный праздник! Только салата не хватает и чаю с коврижкой.

– Я такую сестру ни за какие коврижки знать не хочу, - проскрипел Пнюшечка, вытаскивая на берег большой щит.
– Не нужны мне родственники, которые на дне реки затаились и, вместо того чтобы делом заниматься, на ныряльщиков наскакивают. Отойди, Коряжка, с дороги и не подлизывайся.

– Так где ж дело-то взять? Кому я, старая, страшная коряга, нужна? деревянная старуха вдруг горько заплакала.

– Не плачь, Коряжка, не плачь! Ты очень даже красивое произведение природы. Я знаю, где ты нужна!
– стала утешать её Даша.
– Если тебя подсушить и поставить в раздевалке, то на твои сучки можно будет вешать шапки.

– А шляпки?
– всхлипнула Коряжка

– И шляпки, и панамы, и кепки, - заговорили все сразу.

Солнечный Луч выглянул из-за дерева. Ему было стыдно. Конечно, Хлюпа виноват, что бегал без кепки на солнцепеке, но и играть нужно осторожно. Силу рассчитывать.

"Сделаю что-нибудь хорошее, - подумал Луч, робко подбираясь к друзьям.
– Подсушу-ка я мокрую старуху".

Так он и поступил. И вдруг произошло чудо!

Вместо плачущей черной коряги перед путешественниками возникла золотистая красавица. Ее сучки и ветви причудливо изгибались. На стволе поблескивали коричневые круги, красноватые разводы разбегались в разные стороны, образуя замысловатые узоры.

Все столпились вокруг Коряжки, разглядывали её и восхищались. Только Хлюпа, натянув до самых ушей кепку, носился по поляне, переливаясь под солнцем всеми цветами радуги.

Глава 32

Потерялась!

Паром отплыл. Разиню положили на матрац, а его больную ногу подняли повыше, устроив на одном из сучков Коряжки. Если нога повреждена, её надо поднять повыше. Ахля налила в резиновую грелку холодной воды и приложила к больной ноге Разини.

– Грелка-холодилка, - сказал Недотепа, у которого уже все прошло и он теперь бегал по парому вслед за Хлюпой.