– Ты считаешь?

– Такое поведение было бы наиболее разумным.
– Она прищурилась. Ничего не могу обещать, но это самым благоприятным образом сказалось бы на твоем будущем.

– А ты не скажешь, кто ты, откуда явилась, кто тебя послал, что все это значит?

– Не скажу. Мне запрещено раскрываться при любых обстоятельствах. Да тебе и не нужно ничего знать.

Если ты действительно тот, за кого себя выдаешь, зачем тебе все это?

– Не хочу всю жизнь оглядываться, опасаясь, что ты выскочишь из темного угла.

– Если бы я хотела причинить тебе вред, то сделала бы это при первой же встрече. Кроме нас с тобой, здесь никого не было, и я могла бы запросто тебя нейтрализовать и забрать все, что мне требовалось. Так что лучше отдай мне приемник с дискетами и прекрати нелепый допрос.

– Представь, что я вломился в твой дом, Китти. Что бы ты со мной сделала?
– Молчание.
– Так у нас не получится. Если ты не скажешь, что здесь происходит, мне придется прибегнуть к крутым мерам.

Она презрительно скривила губы.

– Что ж, сама напросилась.
– Лайл взял медиатор и сделал голосовой вызов.
– Пит?

– Видеоробот Пита слушает, - ответил голос в телефоне.
– Чем могу вам помочь?

– Передай Питу, что у Лайла Швейка крупные неприятности и я жду его у себя в мастерской. Пускай приведет с собой ребят покрепче из "пауков".

– Что за неприятности, Лайл?

– С властями. Крупные. Больше ничего не могу сказать. Боюсь прослушивания.

– Будь спок. Дело на мази. Бывай, братан.

Лайл сердито сбросил с верстака велосипед Китти.

– Знаешь, что меня больше всего злит?
– сказал он.
– Что ты не пожелала обойтись со мной по-человечески. Поселилась бы здесь честь по чести - и могла бы утащить свой дурацкий ящик и что угодно в придачу! Но у тебя не хватило порядочности. Кстати, тебе даже не пришлось бы ничего красть, Китти! Достаточно улыбнуться, вежливо попросить - и я сам вручил бы тебе приемник и любые другие игрушки. Я все равно ничего не смотрю. Терпеть не могу эту дребедень.

– Это был экстренный случай. Времени на дополнительное обследование и внедрение не было. Так что перезвони своим гангстерам и скажи, что произошла ошибка.

Пусть лучше не приходят.

– Ты готова к серьезной беседе?

– Никаких бесед!

– Что ж, посмотрим.

Через двадцать минут у Лайла зазвонил телефон. Прежде чем ответить, он выключил экран. Звонил Пит, один из "городских пауков".

– Эй, где твоя колотушка?

– Прости, я втянул ее в мастерскую, чтобы н беспокоили. Сейчас спущу мастерскую.

Пит был высок ростом и худ, как и положено верхолазу. У него были загорелые руки и колени и огромные башмаки-прыгуны с крючками на носках. На кожаном комбинезоне без рукавов было полно зажимов и карабинов, за плечами болталась здоровенная матерчатая сума. На левой щеке, заросшей щетиной, красовалось целых шесть татуировок.

Пит глянул на Китти, приподнял заскорузлыми пальцами очки и внимательно изучил пленницу.

– Ну и ну, Лайл! Никогда бы не подумал, что ты так влипнешь.

– Да, дело серьезное. Пит.

Пит повернулся к двери и втащил в мастерскую женщину в костюме с кондиционером, в длинных брюках, ботинках на молнии и очках в металлической оправе.

– Меня зовут Мейбл.

– А меня Лайл. Там, в мешке - Китти.

– Ты говорил, что тебе нужна тяжелая артиллерия, вот я и захватил с собой Мейбл, - объяснил Пит.
– Она социальный работник.

– Как я погляжу, ты держишь ситуацию под контролем, - сказала Мейбл, почесывая в затылке и озираясь.
– Что случилось? Она проникла в мастерскую?

Лайл утвердительно кивнул.

– И первым делом схватилась за твою электрическую дубинку, - догадался Пит.
– Я же предупреждал, воры сразу тянутся к оружию.
– Пит довольно поскреб у себя под мышкой.
– Главное, оставить его на виду. Вор никогда не избежит такого соблазна.
– Он осклабился.
– Срабатывает, как часы.

– Пит из "городских пауков", - объяснил Лайл Китти.
– Эта мастерская построена его ребятами. Как-то - темной ночью они подняли мой дом на высоту тридцать четвертого этажа посреди "Архиплата" - и никто даже слова не сказал, никто ничего не видел, они бесшумно проделали в стене дыру и втащили через нее мой домик.