— Что ты на это скажешь, Кит? — повторил он.

Кит, наконец, обрел дар речи. Глядя на лицо Марии, он чувствовал, как его охватывает страх и гнев.

— Что случилось?

— Юби обвинил меня в том… что так получилось. Он бил меня. Я больше не могла этого выдержать.

— И ты хочешь присоединиться к клану де Соарес, — сказал Марко. — Доброму милому клану де Соарес, известному своей гуманностью и обостренным чувством сострадания.

Прекрасная Мария метнула быстрый взгляд на Марко. Кит видел, как заиграли желваки на ее щеках.

— Я могу заработать себе на жизнь, — сказала она. — Я пилот, и очень хороший пилот. И, кроме того, лучше других умею обращаться с инопланетянами. А вы ведь расширяете дело, так? И для новых кораблей вам нужны будут новые пилоты.

— Ты уже все продумала, не правда ли, девочка?

— А о чем же мне было еще думать?

— Похоже, что не о чем.

Опять наступила тишина. Марко посмотрел на Кита.

— Я не услышал от тебя ответа, пилот. Ты хочешь эту женщину, или нет?

Кит не отрывал взгляда от Марии. Он почувствовал жар, затем холод. У него было странное ощущение нереальности происходящего, как будто это какой-то невероятный сон или чья-то нелепая шутка. В жизни так не бывает.

— Да, — произнес он.

Краска залила щеки Марии, заполняя пространство между синяками. Девушка не поднимала глаз.

— Спасибо.

Головокружительное ощущение счастья охватило Кита. Он заключил сделку с Марко, этим дьяволом, принеся в жертву Марию, чтобы стать пилотом и вырваться с «Абразо», а затем Мария возвращается к нему, как будто бы он и не предавал ее.

— Пилот сказал «да», — раздался голос Марко. — Но командор еще ничего не сказал.

Кит бросил на Марко яростный взгляд.

— Я имею право выбирать, — сказал он. — Я имею право выбирать, кто…

Марко, скривившись, посмотрел на юношу.

— Заткнись, Кит.

Гнев Кита угас. Слова застряли у него в горле.

— Хорошо, — сказал Марко и повернулся к Марии. — Хотелось бы знать, что сейчас будет делать Юби, что он задумал.

— Трудно сказать, — пожала плечами Мария.

— Думаешь, он будет придерживаться нашего соглашения?

Мария бросила на него короткий взгляд.

— Только если вы заставите его.

Марко наклонился над столом и сделал маленький глоток кофе.

— Мы засекли его переговоры с Кланом Ластр о заключении отдельного от нас контракта.

— Было бы глупо не сделать этого, — объяснила Мария. — Возлюбленная… Клан Ластр способен синтезировать лекарства гораздо быстрее, чем любой из ваших кораблей доставит груз и вернется обратно. Заработав сейчас, Юби застрахует себя на будущее.

— Полагаешь, он сможет управлять кораблем без твоей помощи?

Прекрасная Мария на мгновение задумалась. Уголки ее губ дрогнули.

— Ему будет нелегко.

Марко придвинулся ближе.

— Ты считаешь, он наймет кого-нибудь?

— Возможно. Он купил две сингулярности. Все равно придется нанимать пилотов, когда корабли будут готовы.

Марко некоторое время размышлял, потирая узловатым пальцем нос. Очевидно, он был не в восторге от этой мысли.

— Хотя, — добавила Мария, — он потеряет половину прибыли.

Глаза Марко расширились.

— Половину?

— Мы оба являемся наследниками Паско. Каждому принадлежит половина корабля.

— Тогда почему Юби командор?

— Ему хотелось этого, а мне нет. Кроме того, он немного старше.

— Что такое Возлюбленная? — спросил Марко. — Ты что-то начала говорить о Возлюбленной.

Мария удивленно улыбнулась.

— Разве вы не знаете?

— Не знаю о чем?

Она моргнула.

— Ну конечно. Вы ничего о них не знаете. Я забыла. — Девушка глубоко вздохнула. — Возлюбленная… это что-то вроде их командора. Управляющий разум. Они называют ее Возлюбленной. Не знаю, как она сама себя называет. Может, клан Ластр.

Губы Марии растянулись в улыбке.

— Продолжай, женщина.

— Они совсем не похожи на нас. Там всего лишь один полноценный разум, одна личность. Остальные просто… что-то вроде роботов. У них даже нет имен. — Она засмеялась и отбросила волосы назад. — Ведь вы даже не знаете, как они выглядят, так? Что вы рассчитывали здесь обнаружить?

— Мы думали, что найдем здесь людей, — сказал Кит. — Может, забытую колонию. Или тайно основанное поселение.

Поймав взгляд Марко, юноша понял, что говорит слишком громко.