У Рика перехватило дыхание. Шелест световых помех напомнил ему, что Мак-Джи находился на расстоянии сорока миллионов километров. Допотопной маленькой «Прощай, Джейн» потребуется около недели, чтобы покрыть эту дистанцию. Мак-Джи никак не сможет приземлиться сегодня в Палласпорте. Рик отчаянно вслушивался в голос на другом конце.

— Ты потом поймешь, почему я не могу сейчас сказать тебе все, — заторопился Мак-Джи. — Ты бы и не поверил. Но ты знаешь, что значит изолирующая подставка для металлургической лаборатории. Так вот работающая модель такой подставки ждет нас здесь, на объекте, который принимают за осколок взорвавшейся сити планеты. Нам осталось только выиграть гонку у всех остальных, кто стремится сюда. Включая капитана А.

Рик покачал головой, отчаянно протестуя. Их сейчас слышали шпионы всех государств Мандата. И открытого упоминания о подставках было достаточно, чтобы дать старт этой бешеной гонке. Мак-Джи был не слишком осторожен.

— Вот это будет дело, — тараторил комически тонкий голос. — Но не сдавайся. Помни, что последний будет первым, а первый последним. Я могу даже прикинуться, что не звонил тебе, но не обращай внимания. Потому что подставка ждет нас. Нас ждут довольно необычные трудности, но я уверен, что мы все преодолеем. — Три минуты истекли, и Мак-Джи поспешно заключил.

— Лучше ничего не отвечай.

Послушался щелчок, и оператор спросил:

— Хотите перезвонить, сэр?

— Что? — пробормотал Рик. — Нет, я не буду перехваливать.

Он положил трубку и сел, опершись локтями на кульман и тупо уставившись в стену. Ему непонятен был этот звонок, за исключением того, что это был открытый вызов для тех, кто знал истинную ценность изолирующей подставки. И хотя он знал, что Мак-Джи никак не может прибыть сегодня ночью, и не имел девушки, которую он должен был поцеловать на прощание, он упаковал вещи и стал ждать.

Вечером того же дня, капитан Пол Андерс явился с докладом к Остину Худу. Отрывистый безликий голос секретаря, докладывающего о прибытии капитана, глухим эхом отдавался в длинном блестящем пространстве кабинета. Сухощавая статная фигура Андерса в черной гвардейской форме застыла в напряженном ожидании. У него не было добрых вестей для Верховного Комиссара, и он приготовился к тяжелому разговору.

— Вольно, старина. — Остин Худ ответил на четкое приветствие добродушным совсем не военным жестом. Тучный румяный Худ сел за огромный до блеска полированный стол и заговорил громким наигранно уверенным голосом. — Карен сказала, что вы собираетесь на эту планету. Присаживайтесь, старина, давайте-ка обсудим это.

Худ улыбался с услужливой готовностью политика, но его холодно голубые глаза смотрели испытующе, и улыбка не разглаживала паутину тревожных морщин вокруг них. Андерс смущенно присел на жесткий металлический стул. На блестящей поверхности стола он увидел свое заявление на несение вахты в Сити Патруле, но Худ не дал ему возможности заговорить.

— Итак, старина, прошло двадцать четыре часа с тех пор, как эта сити планета начала свои шуточки с законами природы. — Голос Худа звучал по-дружески громко, в отличие от напряженного взгляда, направленного на Андерса. — Что вы выяснили?

— Очень мало, мистер Худ. — Андерс нахмурился, недовольный своим собственным смущением. — Такой сильной сити реакции еще никогда не наблюдалось. Ее могло вызвать только крупное столкновение. Но орбита этой планеты была объявлена безопасной, да и нет поблизости никакого земного тела, которое могло бы с ней столкнуться.

— На месте столкновения обнаружено два осколка. Меньший развил фантастически высокую скорость и уже исчез из виду. Больший удаляется от нас со скоростью приблизительно пятьдесят километров в секунду, и ему удалось каким-то образом выйти из этого адового пекла с температурой близкой к абсолютному нулю.

Он беспокойно поежился на жестком сиденьи.

— Таковы факты — и они не согласуются. Больший осколок выглядит в телескоп крупнее, чем сити планета до взрыва — при этом измерения радиации показывают, что поглощенная энергия в несколько раз превышает массу планеты. Любой взрыв, способный задать осколкам такую скорость, должен был разнести их на мельчайшие кусочки — и хоть немного увеличить их температуру. — Он мрачно покачал головой. — Не могу представить, что произошло.

Худ немного подался вперед, его холодные глаза внимательно прищурились.

— Что еще вы знаете о маленьком осколке?

— Толком ничего, — пожал плечами Андерс. — Из обсерватории поступило два отчета. В первом сообщается, что он быстро движется по направлению к нам. Согласно второму, он уже удалился на несколько миллионов километров от Палласа — при скорости свыше тысячи километров в секунду — и исчез из виду. Догнать его невозможно. Наши корабли не могут развить такую скорость.

— Но у меня есть снимок. — Верховный комиссар немного помолчал, хмуро глядя куда-то мимо Андерса на полированную панель и озабоченно барабаня пальцами по столу. — Может быть, вы определите, что значит этот снимок. Но прежде я хочу, чтобы вы ответили на один вопрос.