Утром Франсуаза отвезла дядю Ксавьера и Tante Матильду в больницу. Дядя Ксавьер надел рубашку с коротким рукавом и галстук. И все пытался ослабить тугой воротник. Tante Матильда со стянутыми в пучок волосами вышла в темно-синем платье в мелкий белый горошек. Впервые я видела её не в черном. Она полагала - и небезосновательно - что если не убедиться, что дядя Ксавьер вошел в кабинет врача, то он потратит утро в кафе, дегустируя вино последнего урожая.

Побелевшее полуденное солнце бесновалось, отбирая влагу у всего, что не способно её удержать. Я взяла в сад несколько книг, которые мне нашел дядя Ксавьер, английских книг, и легла под зонтик, пытаясь читать. Все это были американские триллеры. Двое мужиков, которых звали Чак и Тодд разговаривали на непонятном сленге и гонялись друг за другом на машинах. Через определенные промежутки времени они палили из автоматического оружия, а потом уныло занимались сексом в комнате отеля то ли с куклой, то ли с курицей - с неким объектом, очень слабо напоминавшим человеческое существо. Понимала я примерно одно слово из трех. Я листала произведение под названием "Резня на шоссе", или что-то вроде этого, когда Селеста крикнула из окна кухни:

– Мари-Кристин, тут к тебе пришли.

Я забыла, что я не Мари-Кристин. Отбросила книги и сложила шезлонг. И только открыв дверь кухни, вспомнила, какую опасную игру я затеяла.

Это был Мэл. Он стоял, облокотясь на буфет, надменно и развязно.

– Привет, - сказал он, когда я вошла.
– А я как раз представлялся твоей кузине. Она тут за мной ухаживает.

Оно и видно. Уже налила ему выпить. Она сидела за столом и курила с жеманной элегантностью. Периодически она неторопливо проводила рукой по волосам с тем расчетом, чтобы они упали на прежнее место, оставив в воздухе легкий аромат духов. Она смотрела на него, сузив глаза, словно речи его были настолько обворожительны, что легко могли соблазнить её одним только остроумием.

– А я как раз объяснял Селесте, что мы с тобой вместе работаем, сказал Мэл.

Я слабо улыбнулась. И предложила ему посмотреть замок.

– Ладно, - сказал он.
– Почему бы и нет. Отлично.

Селеста встала:

– Не знала, что тебе интересно, не то бы давно предложила.

– Вообще-то, Селеста, - сказала я, - нам с Мэлом нужно кое-что обсудить.

– Дела, - улыбнулся ей Мэл. Он был очень умен. Умудрялся очаровывать Селесту и в то же время демонстрировать мне бесцеремонную самонадеянность.
– Сама понимаешь.

Селеста выпустила клуб дыма, показывая свое разочарование.

– Тогда возвращайся выпить, когда вы закончите, - предложила она.

– Вот это да, - вздохнул Мэл, когда мы вышли во двор.
– Она прямо точная копия Крис, правда?

– Что ты здесь делаешь?
– грубо спросила я. Он не имел права соваться в эту реальность. Он принадлежал другой.

– А ты что здесь делаешь?
– задал он встречный вопрос. Он был возмутительно хорошо одет. Сунул руки в карманы. Он наслаждался ситуацией.
– Ты же сказала, что собираешься уехать.

– Я передумала.

– Ну, понятное дело.

– Это ненадолго, - сказала я.
– Я просто отложила отъезд на несколько дней. Скоро уеду.

– Какая жалость. На будущей неделе в субботу в городе намечается грандиозный праздник. Фейерверки, как сказано в афишах. Танцы на площади. Оркестр. Все что душе угодно.

– Да, знаю, - сказала я. Я и вправду знала. Дядя Ксавьер был членом праздничного комитета.

– Жаль, если пропустишь, - заметил он, как будто мы просто шли и болтали о пустяках.

– Чего ты хочешь?
– резко спросила я.

– Ну, например, осмотреть достопримечательности, раз уж я здесь, сказал он.

Я повела его в главный зал для банкетов. Он слонялся, разглядывая китайский фарфор и лакированные шкатулки.

– Очень мило, - бормотал он.
– Очень и очень мило.

Я не попалась на эту удочку.

– Мне вчера позвонили, - сказала я.
– Некая Сью, которая сказала, что работала с Крис.

– Сью?
– протянул Мэл.
– А там что такое?
– Он зашел в библиотеку. Ух ты!
– присвистнул он, разглядывая расписанный потолок.
– Здорово.

– Крис ведь была секретаршей, верно?
– гнула я свою линию.
– Она вовсе не на тебя работала.

– А вот и нет, - сказал он.
– На меня. Скажем так: она использовала свой талант - свой секретарский талант - в наших общих интересах.
– Он снял с полки книгу.
– Боже правый, - воскликнул он.
– А ты недурное местечко выбрала, чтобы приземлиться. Я и понятия не имел, что Крис имела отношение ко всей этой роскоши. Она никогда не рассказывала об этом.

– Может, не хотела, чтобы ты знал, - холодно сказала я.

Он рассмеялся.

– Да тут на полках - целое состояние, - сказал он.
– Я тебе вот что скажу. Я могу связаться с экспертом по антиквариату, выясню, что стоит пустить в оборот, а ты время от времени будешь приносить мне по парочке книг. Никто не заметит.

Я промолчала. Он положил книгу на место.

– Ну что ж, ладно, давай перейдем к делу, - сказал он.
– Так кто ты есть на самом деле?

– А ты кто на самом деле?

Он засмеялся.

– Марина Джеймс, значит?
– Он прислонился к полке и уставился прямо на меня. Взгляд был неприятным. Я отвернулась.
– Забавно, - сказал он.
– Я уверен, что где-то тебя видел. Чем-то мне знакомо твое лицо.