Прошло несколько секунд, тело Гила Нилана спало с покрасневшим лицом, шумно дыша, как если бы не могло надышаться. Слабая мысль пришла в мозг Хедрука.

– Вода, - сказал он, - о, боже, вода!

Хедрук не думал этого. Он буквально швырнул себя в поток. Его сложенные руки так дрожали, что драгоценная влага проливалась на зеленую траву. Наконец, пришло благоразумие и он поискал в одном из ящиков и нашел банку. Он держал ее, давая воде течь струйкой в рот Гила Нилана. Несколько раз изнуренное тело содрогалось от ужасного кашля. Но это тоже было к лучшему. Мертвые мускулы возвращались к жизни. Хедрук мог чувствовать медленное биение сердца Гила, мог видеть все умственные картины, которые возникали у него в мозгу. Это была чувствительная связь, которая до сих пор принадлежала исключительно двум братьям. Гил зашевелился.

"Э, Дэн, - в мыслях Гила было огромное удивление, - старый дьявол! Откуда ты взялся?

– С Земли, - громко произнес Хедрук. Позднее он объяснит ему, что он не Дэн.

Ответ, казалось, был единственным, что нужно Гилу. Он вздохнул, улыбнулся и, повернувшись набок, погрузился в глубокий сон. Хедрук начал шарить в ящиках, ища питательные таблетки. Он нашел пакет быстро усваиваемой пищи и протолкнул таблетку в рот Гила. Они, подумал он, постепенно растворятся. Удовлетворенный, что он сделал все, что мог в данный момент, он повернулся к другим мужчинам. Он напоил водой каждого из них по очереди, а затем дал питательные таблетки. Хедрук только кончил эту работу, как мысль паука коснулась его.

"Ты видишь, он помогает другим тоже! Проявляемая эмоция не является только взаимным сочувствием близнецов".

Больше ничего, только это замечание. Но оно остановило Хедрука в его действиях. Не то, чтобы он забыл про пауков, но память о них была отодвинута назад срочностью других событий. А теперь действительность вернулась. Он смотрел в голубое небо, на это величественное желто-белое солнце и ненавидел паучий народ. Но он понял, что похож на дикарей старых времен, потрясающих своими кулаками и выкрикивающих проклятия злым демонам, притаившимся в небесах.

– 92

Он успокоился и снова накормил своих подопечных, на этот раз жидкостью, изготовленной из высокопитательного фруктового концентрата, разбавленного водой. Один из мужчин, высокий, приятный человек, ожил достаточно, чтобы недоуменно улыбнуться ему, но не задал никаких вопросов, и Хедрук не стал ничего говорить. Когда пациенты снова заснули, Хедрук забрался на ближайшее самое высокое дерево и осмотрел окрестности. Но кругом были только деревья и холмы, а далеко-далеко, почти теряющаяся в дымке, широко сверкала вода. Что заинтересовало его больше всего, так это пятна желтого цвета на дереве в четверти мили вдоль ручья. Он опустился на землю и пошел в некотором возбуждении вдоль ручья. Дерево оказалось дальше, чем он думал, потому что когда он вернулся назад с полным контейнером фруктов, солнце уже прошло зенит.

Но прогулка пошла ему на пользу, он почувствовал себя лучше, живее, и к нему пришла мысль: Гил и Кершав, должно быть, посетили эту планету. Они, наверное, пробовали эти фрукты и, как только они достаточно оправятся, смогут сказать ему, съедобны ли эти желтые плоды. Здесь, может быть, даже есть портативный анализатор в одном из упаковочных ящиков.

Если он и был, Хедрук не смог найти его. Но он обнаружил множество инструментов, включая раеорддер для коммуникационных дисков, используемый для исследования и пометки мест приземления. Они, вероятно, оставили множество таких дисков в различных точках своих приземлений. Солнце опустилось ниже к горизонту. Вскоре второе солнце появилось на небе, крошечный бледный шар. Ненадолго стало теплее, но воздух остыл, когда большое солнце скрылось за горизонтом и наступила "ночь".

Она была похожа на пасмурный день на Земле с призраком солнца, проглядывающего через тяжелые облака, только небо здесь было безоблачным, и не было влажности пасмурного дня. Дул мягкий ветерок. Появилось третье солнце, но его тусклый свет, казалось, ничего не прибавил. Показалось несколько тусклых звезд. Светлый сумрак начал действовать Хедруку на нервы. Он ходил вдоль берега ручья и подумал, в конце концов: как долго будет это... Это исследование продолжаться? И почему они хотят убить его?

Он не намеревался направлять эту мысль, как вопрос, своим захватчикам, но, к его удивлению, тотчас получил ответ. Казалось, он приплыл к нему из тусклого безоблачного неба, точный и совершенно бездушный.

"Мы являемся не совсем тем, чем кажемся, - сказал паук.
– Наша раса не представляет собой один из успехов Природы. В этом корабле, фактически, остатки нашего народа. Все присутствующие здесь бессмертны, победители в борьбе за существование на нашей планете. Любой из нас является наилучшим в какой-либо одной области, что устраняет всякую конкуренцию. Мы намерены оставаться живыми, и наше существование должно остаться неизвестно никаким другим расам во вселенной. Поэтому, тот, кто узнал о нас, должен умереть. Это ясно?"

Хедрук не ответил, так как здесь, наконец, была полностью понятная логика. Он должен быть убит, потому что знает слишком много.

"Нашим намерением, - сказал ему холодный ум, - является проведение последнего исследования сенсорного аппарата человека на основе того, что мы получили через вас, и затем покинуть эту часть пространства навечно. Исследование займет некоторое время. Вы, пожалуйста, потерпите. В это время не будет ответов на ваши мелочные вопросы. Ведите себя соответственно".